— Давайте пройдемся, — произнес я, немного подумав.

— Думаешь, здесь нас хорошо видно? — улыбнулся Акено.

— Я это знаю, — ответил я, чем резко сбил улыбку с его лица.

— Хм, — выдал он, оглядывая беседку. — Тогда давай пройдемся.

Далеко мы не ушли — буквально к противоположному краю островка. Развернувшись лицом в сторону моста, по которому шла Кагами, я закрыл собой сразу две камеры. Тут главное, лицо Акено скрыть, а уж я лишнего не скажу. Да мне особо и говорить не требуется.

— Я тут узнал, как именно вы сумели победить в недавнем споре с отцом, — начал я. — Довольно креативный способ.

— Ну… — растерялся Акено. — Да… Я изобретателен. Надеюсь, ты не воспринял данный способ близко к сердцу? Поверь, ты мне ничего не должен.

— То есть вы не ради меня все это устроили? — спросил я.

— Мм…

— Вы можете говорить свободно. Здесь вас не видно, — чуть улыбнулся я.

А если этот разговор будут просматривать потом, то пусть Кагуцутивару понервничают. Ибо не фига, как говорится.

— Скажем так — не только ради тебя, — ответил Акено. — Даже в основном не ради тебя.

Ложь. Второе его утверждение — ложь.

— То есть, — перебил я, — вы приняли столь экстравагантное решение, потому что…

— Потому что я не хотел участвовать в том, что задумал отец, — закончил он. — Я посчитал его решение неверным.

Тут и Кагами подошла, встав за плечом мужа.

— Знаете, давайте пройдемся, — все-таки неудобно так говорить.

— Веди, — махнул рукой Акено.

Ошибся я, сказать хотелось многое, но все это явно не для чужих глаз. Можно сказать, только между мной и Акено. Ну и Кагами — уверен, она была в курсе решения мужа.

Привел я их к каменной статуе китайского льва, он же лев-страж. Неподалеку стояли столы с едой и ходили гости, но если повернуться к ним спиной, то наш разговор не увидят.

— Скажите, Акено-сан, — спросил я, когда мы остановились, — вы всерьез собирались выйти из клана?

— Естественно, нет, — солгал он. — Просто отца шантажировал.

Мм… странное чувство.

— Хочу уточнить — вы шантажировали отца выходом из клана?

— Да, — ответил он.

Не врет.

— И все это не ради меня.

— Именно, — солгал он, но тут же начал поправляться: — То есть и ради тебя, но в основном по своим причинам.

— И «своих причин» конечно же было больше, — предположил я.

— Естественно, — солгал он с непринужденным видом.

— А если бы не получилось? — допытывался я.

— Придумал бы что-нибудь другое, — продолжал он врать.

— Просто ради того, чтобы не участвовать в плане отца?

— В войне, Синдзи. Пройдешь хоть одну, чего, я надеюсь, не будет, тогда поймешь меня, — пожал он плечами, после чего уточнил: — Межклановую войну у себя дома.