Инвестиции в духовность, они тоже иногда приносят дивиденды.

И всё же, несмотря на резкое уменьшение расходов, вызванное повышением уровня поселения, руки у меня всё ещё были связаны.

Без достаточного количества рабочих рук я обнаружил, что мне особо и нечем заняться в течение дня. Прям как топ-менеджер во время межсезонья: вроде и при деле, а вроде и маешься от безделья, не зная, куда себя приткнуть.

Все эти разъезды и командировки по окрестным деревням стали для меня уже чем-то обыденным, как поездка на дачу по пятницам или утренний кофе. Но прямо сейчас не предвиделось никаких срочных дел, никаких пожаров, которые нужно тушить в авральном режиме.

Все мои многоходовочки и интриги лениво зрели и развивались, война с Лексом Могучим потихоньку собиралась случится где-то за горизонтом, предвещая знатную бучу, а Олег Корнеев скоро должен прибыть в город Лании.

Все фигуры на доске двигались по своим маршрутам без особых сюрпризов, мне оставалось только ждать, планировать дальнейшие шаги, анализировать поступающую информацию, просчитывать варианты, как заправскому гроссмейстеру перед решающей партией. И, возможно, впервые за чёрт знает сколько времени, может, за год, мне удастся выспаться.

* * *

Не успел я и трёх часов проваляться в кровати, как в дверь моей комнаты кто-то деликатно, но настойчиво постучал. Стук был негромкий, но в предрассветной тишине он прозвучал как грохот.

— Кому не спится в ночь глухую! — простонал я, с трудом разлепляя глаза и пытаясь пошевелиться.

Тело после всех моих поездок и нагрузок ощущалось как мешок с цементом. Вставать не было ни малейшего желания, кровать, казалось, примагнитила меня намертво.

Однако, ёлки-палки, если кто-то ломится ко мне в такой час, значит, дело нешуточное, не иначе.

Пожар, наводнение, немцы напали? Зомби-апокалипсис? А может, глобальное похолодание решило грянуть?

Хотя, признаться, устал я, видимо, куда сильнее, чем сам от себя ожидал, так просто, бодрым сайгаком, из кровати выскочить точно не получалось. Каждый мускул ныл и протестовал, требуя продолжения банкета, то есть, сна.

— Владыка, — донёсся из-за двери бесстрастный, почти механический голос одного из моих эльфийских охранников. Эти ушастые ребята, конечно, профи, но иногда их спокойствие просто вымораживало. — Мы тут кое-кого изловили.

— Изловили? Кого это ещё принесло в такую рань? — переспросил я, с кряхтением приподнимаясь на локте.

Первая мысль, мелькнувшая в затуманенном мозгу, Фома. Мой деревенский придворный маг-иллюзионист? Опять наклюкался где-нибудь до изумрудных соплей и забыл, где его уютная конура.