— Тяжела и неказиста жизнь советского артиста… то бишь, простого дипломата, — подумал я.

— Короче, эльфы меня приняли, — начала она свой печальный рассказ, — но были уже на взводе из-за твоего письма и прямо с порога дали понять, что от него не в восторге.

Они считают, что ты, цитирую, «преступно халатно отнёсся к своим обязанностям». Ну, типа странно, что тебя так быстро накрыли. По их логике, только полная некомпетентность, граничащая с идиотизмом, могла привести к провалу столь гениального плана. А чтобы эльфы, не дай боги, хоть раз указали пальцем на себя любимых… Ха! Скорее рак на горе свистнет, да и то не факт.

— Ясно, — протянул я, потирая подбородок и мысленно уже прикидывая варианты ответных «любезностей». — И какая ответка с их стороны планируется? Санкции, эмбарго или сразу гильотину пришлют с курьерской доставкой?

Ираиде вопрос явно не понравился. Лицо у неё сделалось ещё кислее, будто лимон съела.

— В общем… Они мне ультиматум вручили, — сказала она, выуживая из своей сумки какой-то свиток, пафосно перевязанный ленточкой, и разворачивая его с таким видом, будто там приговор написан. И, собственно, почти так и было.

Она начала читать, явно копируя казённый тон эльфийских бюрократов: «Держава постановила, что ты, Алексей Сергеевич Морозов, неудовлетворительно проявил себя в вопросах шпионажа. В наказание за провал ты обязан вернуть то, что тебе даровано: четыре саженца, а также все плоды, полученные с них. С этой целью агенты Государства прибудут в течение двух недель, дабы обеспечить уничтожение всей эльфийской собственности. Неподчинение нашим агентам будет расценено как акт войны». Конец цитаты. Звучит, да?

— Значит, либо отдай виноградные саженцы, либо сдохни от рук эльфийских ликвидаторов, — хмыкнул я. Картина маслом, нечего сказать. — Забавно, как быстро остроухие сливают своих союзников. Вчера ещё братья навек, а сегодня нож в спину. Расисты чёртовы!

— Эльфы не привыкли особо париться насчёт тех, кто не эльф и пользу Державе не приносит, — пожала плечами Ираида, бросая свиток на стол. Бумажка легла тихим шорохом, но по мне так будто последний гвоздь в крышку гроба забили. — Какой план, шеф? Что делать будем?

Меня, мягко говоря, перспектива отдавать эти чёртовы саженцы не радовала от слова «совсем». Особенно учитывая, что я своей шкурой рисковал, чтобы их заполучить. Это ж какой актив пропадает! Но и ссориться с эльфами чистое самоубийство. Эти ребята знали, что я для их ассасинов лёгкая мишень, так что сомневаюсь, что протянул бы долго, если бы решил их разозлить по-крупному.