Положил на него руку, но, прежде чем вскрывать, решил направить энергию. Выпустил небольшой заряд — принцип такой же, какой сработал с ранеными мамонтами, только сейчас я представлял себе компьютер, которому нужна техподдержка.

Что-то произошло. В глубине кристалла загорелся огонек, который начал расти по мере добавления энергии. Экран ожил, побежали системные коды загрузки в виде местных символов.

— Можешь это взломать? — я дернул плечом, как бы вызывая Искорку, чтобы помогла.

«Я уже думала, что ты не попросишь, — отозвался дрон. —Только не прекращай подачу энергии».

Прошло несколько минут напряженной тишины. Слышен был только едва различимый звук старого модема, посылаемый Искоркой, ну и зубы у меня, честно говоря, поскрипывали от нетерпения.

Вдруг экран мигнул, неясно замерцал, погас, а потом снова включился.

«Готово! Доступ получен к ряду директорий, которые еще функционируют».

— Есть понимание, что это за место?

«Если по-простому, то это склад судного дня. Судя по доступным данным, здесь хранили продовольствие, строительные материалы, химикаты и продукты первой необходимости».

Предполагаю, что перевод хромал. Но суть все же была ясна. И, скорее всего, срок годности у всего уже давно истек.

«Открываю доступ», — пискнул дрон, и на экране появилась схема с несколькими директориями.

Все названия символьные, но я и без Искорки справился. Из семи разделов работали только два, и меня выручил метод научного тыка. Меняя что-то и прислушиваясь, происходит ли что-то на этом складе «госрезерва», я отключил турели и роботов-зомби. Пачка которых (судя по схеме) караулила на другой стороне основного склада.

Потом я нашел меню, которое управляло замками. Открыл склад — эффект был слышен даже отсюда. В глубине коридора заскрипели ворота и стал нарастать гул от сквозняка, заполнившего все вокруг странными запахами тухлого мяса, старости и химикатов.

Еще парочка махинаций, и панель, которая была на стене рядом со мной, поехала вниз. А за ней открылась плоская стена, на которой ровными рядами и линиями висели рамочки. Примерно так бабочек коллекционируют под стеклом, развешивая на стене. Внутри рамки в прямоугольном углублении, словно в бархате, лежали прямоугольные пластины.

Почти в каждом из шестнадцати маленьких отсеков хранилось по мастер-схеме или мастер-форме. Где-то все же оказалось пусто, и лишь пыльный след в выемке говорил о том, что когда-то тут что-то лежало.

Я жадно схватил в руки первый попавшийся прямоугольник. Зеленоватый оттенок самой пластины и лабиринт на поверхности цвета темного серебра. Перевернул слиток и разглядел на обратной его стороне изображение дроида. По форме даже немного карикатурный — настолько огромный в плечах. Броня на схеме была выпуклой, делая фигуру дроида визуально больше.