— Спаси меня Айсфара… — только и смог промямлить я, когда увидел, где оказался. Я сам не заметил, как в руке активировался скаутган.
Больше всего эта комната походила на стоматологический кабинет. В его истинном, пыточном варианте. В центре стояло большое эргономичное кресло. В изголовье крепился шлем с кучей датчиков и торчащих в разные стороны проводов. На подлокотниках и внизу, там, где ноги, стальные зажимы, плюс несколько ремней на уровне груди и пояса.
Кресло было пустым, но на протертой светлой коже виднелись бурые засохшие пятна.
Рядом с этим креслом, на мониторе, к которому вели все провода, стояла небольшая тонированная стеклянная капсула. На ее стенках отображалась проекция с непонятными данными. Точно как на мониторе дефибриллятора: разноцветные циферки и графики.
Не знаю, на меня ли эта штука среагировала или у нее цикл какой-то завершился, но экран мигнул. Картинка поплыла, и тонировка стала прозрачной, показав, что было внутри.
Ориджинал… Фоггер… Шлем…
Оторванная голова дроида, с торчащими из рваной шеи проводами. Визор погашен, только испускает ровное краткое сияние, словно в такт биению сердца.
Я подвис, пытаясь осознать, что я вижу и что вообще здесь может происходить.
— Ты еще не готов принять в себя дух великого Айсфары…
За спиной раздался голос «Паладина», которого мы встретили на аванпосте. Он стоял в дверном проеме и уже принял боевую стойку. Словно какой-то «шаолинь», он начал водить руками перед собой, формируя зачатки энергетического потока.
— Ты же понимаешь, что, даже сломай ты моего Ориджа, я все равно всему миру расскажу, что здесь происходит? — спросил я. Была все-таки надежда, что они и правда не знают свои возможности, но ответ «Свидетеля» эту надежду развеял.
— Ты недооцениваешь силу моей веры и, кажется, редко встречался с «Палачами», — с этими словами в визоре дроида зажегся огонь.
— Окей, — протянул я, — а ты, похоже, вообще еще не встречался с «Ассасинами»…
Глава 25
Легкий, говорите? Ага, зато шустрый и капец какой вертлявый!
Я выстрелил на опережение, но «Палач», не прекращая своих пассов, на какой-то запредельной скорости выгнулся, а пуля лишь просвистела над ним и исчезла где-то в треснувшем дверном косяке.
А в следующий момент скакать пришлось уже мне! Оридж сектанта на мгновение замер, достигнув высшей точки накопления энергии и, направив в мою сторону руку, высвободил ее, растопыривая пальцы.
Активировав «Рывок», я бросился в сторону, уже почти на автомате оставив на своем месте двойника, в которого и попал светящийся луч. Плотный и довольно узкий, как след от ракеты. Он выжег все на своем пути: и воздух, и иллюзию, которая, как хрустальная разлетелась на тысячу осколков, а потом и кресло для испытуемых. Вошел в стену, опалив края сектантского агитплаката, и остановился только на глубине сантиметров пятидесяти.