— Это нервное, так-то я сам чуть не обделался, — отмахнулся Боб, но по голосу было слышно, что комплимент ему понравился.

Мы задержались, чтобы перебить все коконы, а затем двинулись дальше. Заходили в те комнаты, которые были открыты. С переменным успехом вскрывали те, что заперты.

Нас встречали достаточно однотипные «каюты»: где-то с двумя, а где-то даже с тремя выдолбленными в стене полостями под кровати. Условные пульты управления с парой экранов и рычажками. Или полностью разрушенные, или наполовину. Встречались и оплетенные липкой паутиной. Никаких обозначений на них не было.

Повсюду валялся мусор в виде запчастей от каких-то механизмов, кости рапторов, а по стенам сползала плесень, поверх которой сплошь и рядом попадались следы жизнедеятельности жуков: куски панцирей, старая шкурка, будто они линяют, как змеи, и прочий мусор, натасканный сюда за сотни лет.

За каждым поворотом нам приходилось вступать в бой. Разные формы и подвиды айсиндей — с ядом, с рогами, гладкие, но с шипами по всему телу — бросались на нас, желая сожрать. Мне оставлось только удивляться такому единодушию при таком разнообразии. Роднила их между собой разве что вытянутая форма тела, множество лапок и хитиновая броня. Годы ли эволюции их так разнообразили, или просто подобные твари живут смешанной общиной — мы не знали ответа на этот вопрос. В какой-то момент вообще перестали обращать внимание на межвидовые отличия, работая на реакции: прыгает тварь из тени — прибей выпадом. Скребется за спиной — прибей с разворота, пока оно тебя за задницу не цапнуло.

Коридор закончился, и мы оказались у лестницы, ведущей вниз. Судя по карте, которую обновил Уголек, внизу нас ждали не только каюты, но и какие-то технические помещения или общие зоны.

Я начал спускаться первым и чуть не улетел вниз, поскользнувшись на чьей-то коже, валявшейся на ступеньках. Такое подозрение, что тут выпотрошили змею или ящера.

— А вот и следы, смотрите! — воскликнул Руперт, последним спрыгнув с лестницы.

И действительно, на ледяном полу был хорошо виден след. Как будто здесь тащили человеческое тело.

Мы пошли по свежим отметинам в пыли и оказались в просторном помещении, таком же замусоренном, как и все остальные, где по всему периметру на полу валялись какие-то палки. Может быть, когда-то здесь была оранжерея, которая помогала тем, кто здесь укрывался, выживать. А может, актовый зал, и это остатки сидений. Стены между этим и следующим помещением не было, и след терялся в темноте.

Первое, что я увидел, — припечатанного к стене раптора, а в его расколотом черепе торчала рукоятка топора. Ящер был поменьше, чем тот, что торчал из дыры при входе. А под ним на полу — тело Ориджа, наполовину изъеденное крабами, жуками или еще кем-то.