— Да, это так, — задумчиво кивает Джон — Ты еще не получил ответ на запрос по нему?

— Нет, это не так просто. Наши возможности в СССР сильно ограниченны. На это потребуется больше времени.

* * *

Дальше вся игра идет в том же ключе. Духи сильно грубят, толкаются, отбивают нам ноги и всячески провоцируют. Наши стараются больше двигаться, не держать по долгу мяч, играя в пас и вывозить за счет более высокой техники. Нам сильно повезло, что у нас есть Дудкин. Он один забил два мяча, и еще один закатил в ворота соперника Абдулло. Духи забили пока два мяча. Причем, последний, они просто затолкали в ворота вместе с вратарем. Как ни странно, им этот гол зачли. А с другой стороны, что тут странного, мы ведь сами знали на, что подписывались. Всю оставшуюся игру на меня идет форменная охота. Духи атакуют меня и с мячом и без мяча. Приходится быть постоянно настороже и всячески уклоняться от контакта. Несмотря на это, у меня уже отбиты все ноги, но жить можно. Доиграю и вечером себя полечу. Это еще хорошо, мои голени и все тело закалены многолетними тренировками и набивкой, иначе меня бы давно уже вывели из игры.

Последние минуты матча проходят в вязкой толкотне на нашей стороне. Духи атакуют, пацаны мужественно кидаются им наперерез, жертвуя собой. Досталось уже всем нашим, но никто не собирается сдаваться. Если бы не наш вратарь, самоотверженно кидающийся буквально под ноги бородачам, мы бы уже понапропускали, как минимум, пару мячей.

Наконец Равиль мощным движением руки выбрасывает мяч за пределы штрафной и неутомимый Коля Дудкин вместе с Самуровым и Каралаковым несутся вперед, преследуемые по пятам ревущими от злости «духами». Самуров обводит защитника, передает пас на Карлакова, а тот пробрасывает через поле Дудкину, который забивает в ворота противника четвертый победный мяч. Свисток арбитра. Победа!

* * *

Начальник лагеря кривится, но признает наш выигрыш. Он ходит вдоль строя пленных и злобно скалится.

— Вам сегодня случайно повезло, дети шакалов, но мое слово нерушимо. Сегодня вас всех накормят до отвала, — цедит он, мерно похлопывая плетью о ботинок. — Но это будет только сегодня. С завтрашнего дня, я урежу вам пайку. Если вы так бодро бегаете по полю, значит мы слишком хорошо вас тут кормим и слишком мало даем работы. Но ничего, я это быстро исправлю.

Строй запыленных и чумазых от пыли военнопленных стоит опустив головы, но в душе у всех нас ликование. Мы все таки сделали это! Победа сильно поднимает дух у всех без исключения. Я был неправ считая, что проигрыш или выигрыш абсолютно неважен. Теперь я вижу, что нам была очень нужна эта победа. Она дала заряд уверенности, который уже скоро нам очень понадобится. Поэтому пряча довольную улыбку стою и думаю. — Болтай, гнида, болтай. Недолго нам тут осталось.