День и время начала восстания выбраны не случайно. Завтра пятница. На пятничную послеполуденную молитву Джума уйдут почти все «духи». От двенадцати до часу дня их, организованно, строем поведут в местную мечеть. В лагере останутся только часовые и иностранные инструктора, которые живут в отдельном здании. Это самый удобный момент для выступления. Все кому нужно, уже знают, что им делать. Роли четко распределены, командиры боевых троек, из тех, кто в курсе, тоже назначены. Остальные должны будут присоединиться по ходу и здесь роль выбранных командиров троек трудно переоценить, они должны будут быстро ввести в курс и подчинить себе остальных. Особенное внимание на наших «азиатов», те ведь пока вообще ничего не знают. Конспирация прежде всего. Надеюсь, они не подведут и будут с нами, а там будем действовать по обстоятельствам…

Заходим с Равилем на склад, и, поднатужившись, ставим ящик с минами на другой, точно такой же. Тут меня как прошибает молнией. Стоп! Бадабер! Вот откуда мне было знакомо это название. Я же знаю, что тут произошло в моей реальности! Здесь был очень большой взрыв!!! Информация, которую я когда то знал, но забыл, теперь сама собой всплывает у меня в мозгу.

Группа советских военнопленных подняла восстание и забаррикадировалась на складе с оружием. На крыше ими были установлены крупнокалиберные пулеметы, которые поливали окружающую площадь смертельным ливнем огня. В течении длительного времени немногочисленные восставшие оборонялись против сотен атакующих моджахедов. Весь лагерь был окружен несколькими кольцами «духов». Сюда были подтянуты полевые орудия и минометы. На переговоры с восставшими тогда приезжал даже лидер моджахедов Бурханутдин Рабани, который, впоследствии, должен будет стать президентом Афганистана.

Восставшие требовали прибытия представителей Советского посольства в Пакистане или Афганистане, сотрудников Красного креста, а также западных журналистов. Рабани и представители Пакистана, категорически отказались выполнять это требование, ведь доказанное содержание советских военнопленных на территории Пакистана, автоматически делало эту страну участницей войны. Негласно, все и так знали об активном участии Пакистана в подготовке и снабжении боевиков. Но, выполни бы власти требования восставших, то появились неопровержимые доказательства этого участия и что еще хуже, незаконного содержания в лагерях военнопленных из СССР и Афганистана. Такого допустить было категорически нельзя.

Рабани отдал приказ на штурм, который был успешно отбит, как и все последующие. Восставшие продержались почти сутки. При неограниченном запасе боеприпасов и обилии крупнокалиберных пулеметов на крыше, позволяющих буквально выкашивать прилегающее пространство, выбить наших пленных силами обычной пехоты не представляло возможности. Бронетехника также не помогла бы, так как у защитников было большое количество выстрелов к РПГ, которыми они пожгли сунувшуюся было на штурм броню. Тогда начался артиллерийский обстрел арсенала.