Когда все погрузились на борт, Анвар закрыл дверь и дал сигнал летчику на взлет. Самолет не спеша вырулил на прямую, и после короткой пробежки по полю, взмыл в воздух.

Ан-2 кругами набирал нужную высоту. В салоне стоял сильный шум от работы двигателя. Сидящие на откидных металлических скамьях парашютисты кто смотрел в иллюминаторы на проплывающие внизу серые унылые пейзажи, а кто просто закрыв глаза, дремал.

— Ну что, Отморозок, ссыкотно тебе сейчас, а? — Наклонившись поближе, проорал мне на ухо улыбающийся Бес, который специально сел рядом, чтобы еще немного подразнить меня.

— Ага, но я нашел выход и уже тебе в ботинок ссыканул, пока ты в иллюминатор смотрел и ворон ловил, — Не полез за словом в карман я.

— Молоток! — С улыбкой до ушей, показал большой палец рыжий. — А я то, думаю, что там у меня такое теплое в ботинках хлюпает?

Тем временем «кукурузник» уже набрал нужную высоту и Анвар, подойдя к двери, открыл ее. В салон сразу же ворвался поток холодного воздуха из-за борта. Анвар дал знак мне и сидящему рядом рыжему, чтобы мы подошли к двери. Я встал, придерживаясь для устойчивости за трос, и первым подошел к двери, взявшись за края обреза.

— По сигналу, пошел — прокричал мне в ухо инструктор.

Киваю, что все понял. Стою у обреза. Холодный воздух набегает, стараясь выдуть меня из салона. Давно забытые, но такие приятные впечатления. Противно гудит сирена сигнала, мигает лампочка, чувствую хлопок ладони инструктора по руке. Придержавшись правой рукой за обрез, медленно выношу тело наружу и мстительно показав язык изумленному Бесу, ждущему своей очереди, отталкиваюсь от обреза и правильно ложусь на поток набегающего воздуха.

После оглушающего шума салона самолета только свист воздуха в ушах. Раскинув ноги и руки, прогнувшись в спине, лечу в свободном падении. Набегающий с огромной скоростью воздух просто слепил бы, если бы не мягкие очки на глазах. Ладонями чувствую упругий как юное женское тело поток, он теперь реально стал осязаемым. Малейший доворот ладоней, ставших рулями, и можно начать вращаться по желанию влево, или вправо. Если бы не стаб, можно было бы сгруппировавшись сделать сальто, но это точно был бы уже перебор для новичка, коим я, по общему мнению, являюсь

Тысяча один, тысяча два, тысяча три. Тяну за кольцо, рывок и встряска на подвеске от резкого торможения и через несколько мгновений болтаюсь под огромным белым куполом на туго натянутых, буквально звенящих стропах. Под ногами, где-то далеко внизу маленькие фигурки людей, большие грузовики, похожие сверху на детские игрушки, большой круг вскопанного желтого песка с блином по середине, в который должны приземляться на точность опытные парашютисты. Рядом с кругом расстеленные серые тряпичные столы для укладки парашютов. Где то выше слышен гул уходящего на посадку самолета и видны ослепительно белые купола моих товарищей, выпрыгнувших вслед за мной.