Не нравятся мне парни-блондины, терплю, но этот жест у Виталика получился сексуальным. Подумала, что именно за это Инга и трётся около него. Хотя, возможно, из-за лени. Не любит таскать портфель. Вот и нашла свободные руки. Во всяком случае, я их как пару не воспринимала. Даже на медленном танце они держались на таком расстоянии друг от друга, что между ними я могла свободно поместиться. Ну и что за пара? Наверняка и не целовались ни разу.

— Плавать нет, а раз цыган боится лицом приложиться об воду, хотя у него давно всё прошло, могу прыгнуть.

— Можешь прыгнуть! — обрадовался Виталик. — А у тебя с собой все справки есть? — его глаза радостно загорелись.

— Какие справки? — не поняла я.

— Ну как какие? Что ты занимаешься плаванием, не менее двадцати прыжков с десятиметровой вышки и медицинская справка для участия в слёте. Кстати, я такой у тебя вообще не видел. В папке у Иннокентия Эдуардовича лежат все справки из поликлиники на всех участников, а твоей нет. Где она? Давай сюда, а то проверят, и все твои сегодняшние результаты отменят.

— Ну давай, — сказала я, — с этого момента поподробнее. Что за справки? Я вообще первый раз о них слышу.

— Да ты что! — опешил Виталик и перешёл на шёпот. — Без справки от тренера и невропатолога тебя не допустят к прыжкам. А простая медицинская? Ты в пионерские лагеря не ездила? Всегда справку делали. И здесь такая была нужна, — он оглянулся вокруг, — всё. Если узнают, скатимся на самое дно. Как ты вообще поехала?

— Сказали и поехала. Флаг поднять в начале смены и опустить в конце смены. Больше от меня ничего не требовалось.

Про то, что попой вилять, решила промолчать.

Виталик стал совсем растерянным.

— Медицинскую может и не проверят, — сказал он, — если кто-то не проболтается. Поэтому, чтобы все знали: полный молчок. Всем ясно? — и он обвёл всех строгим взглядом.

— А как же комсомольская честность? — поддела я его, — комсомолец должен быть…

— Бурундуковая, блин! Ты хоть понимаешь, что мы из-за тебя можем на последнее место улететь?

— Ты дурак, что ли? — возмутилась я. — Вы бы сегодня сами туда скатились без моей помощи, и если проболтаетесь, так у вас отнимут только сегодняшние очки. Мои. Ваших личных достижений никто не отберёт.

Виталик с минуту смотрел на меня, потом почесал затылок:

— А ты в Кишинёве на «Локомотиве» плаваньем занимаешься? — спросил он, словно что-то придумав.

«Локомотив». Я даже представления не имела, что это такое, и меня там в списках точно не было. Люся о таком не упустила бы сообщить, хотя и не факт. А с другой стороны, про конный спорт ведь не забыла.