— Запрещено покидать без специального разрешения.
— А кто выдает эти разрешения?
— Твой куратор. Все прочитал?
— Ну…
— Значит, подписывай.
— А если я не хочу ничего подписывать? Или хочу что-то поменять в договоре?
Тетка закатила глаза и недовольно зацокала:
— Ну неужели нельзя обойтись без этого всего? У меня и так с самого утра мигрень!
— Мне нужно сделать пару звонков. И что насчет выходных? Тут про них ни слова не сказано!
— Потому что не положено.
— Что не положено? Выходные или звонки?
— Ничего не положено. Ты простой уборщик класса Эф. Хватит уже ломать комедию, просто давай подписывай. Тебе еще нужно заселиться и получить пропуск со спецодеждой.
— Я — живой человек, со своими интересами, желаниями и увлечениями. Может, у меня свадьба через неделю, или дома кошка некормленная? С котенком! Такой крохотный очаровательный британец Пушок…
— Ты — аферист и квартирный вор, который в нашем городе меньше трех недель. Находишься в федеральном розыске, три раза менял свою личность. За снимаемую комнату не заплатил, так что твои вещи хозяин давно уже вышвырнул, кое-что сохранив «на память»…
— Эх, плакала моя коллекция… — с печалью вздохнул я, — Мне этот жирный урод сразу не понравился!
— А еще ты приговорен к пожизненному за убийство, и тебя три дня назад задушил сосед по камере. Рассказать, что он с тобой сделал перед этим?
— Н-не надо.
— Подписывать будешь?
Я покачал головой и многозначительно похлопал по стопке бумаг полного договора. Затем взял первый листок и начал внимательно вчитываться. Ибо нефиг.
— Ну, ты сам напросился, козел! — прорычала тетка.
Она наклонилась над столом, вытянула в мою сторону руку, схватила за шиворот, с невероятной для женщины силой притянула к себе и… поцеловала! Прямо в губы!
Жарко и страстно, с языком.
Правда, длилось это все от силы несколько секунды — но зато какие это были секунды!
— Подписывай, — выдавила она из себя, и голос Тамарочки был при этом совершенно сухим и бесцветным.
Хм, а откуда я знаю, как зовут эту чаровницу, обладательницу необъятных размеров и изумительных округлостей? Она ведь не представлялась, и бэйджика на ее шикарной груди нет?
— Ну, чего ждешь? Подписывай давай и проваливай! — снова затрепетали ее манящие и соблазнительно алые губы.
— Для вас — что угодно, Тамарочка, свет очей моих!
Разумеется, с огромной радостью выполнил я простейшую просьбу этой восхитительной женщины, аккуратно и тщательно выводя каждый завиток своей нехитрой подписи.
И еще пририсовал симпатичную крохотную розочку рядом.
— Значит так, убогий. Найдешь двенадцатый кабинет, там сидит завхоз наш. Вот твой пропуск — покажешь ему, и он выдаст все, что нужно. Запомнил?