— Бух-х-х!!! — сказали жерла, и визжащие от жажды крови чугунные шарики врубились в ганзейскую конницу.
В сеньора Гальдони, скачущего в первых рядах, попало семь картечин. Чуть позже, когда князь Беловодский Андрей Михайлович Самарин распорядился достойно похоронить участников смелой, но безнадёжной атаки, бывшего генуэзского кондотьера закопали сразу в шести могилах. А как разобрать кто есть кто, если накладываешь павших в мешки совковой лопатой?
Но это позже, а сейчас над полем боя прозвучала команда на русском языке:
— Примкнуть штыки!
Часть 2 Глава 5
Глава 5
Псков и к западу от него. Год третий от обретения Беловодья.
Славный и древний город Псков освободили малой кровью. То есть, со стороны Московского пехотного полка получилось четверо раненых, а обороняющийся ганзейский гарнизон потерял восемнадцать человек погибшими от применения светошумовых гранат и слезоточивого газа. Здесь оставили самых старых и непригодных к битве, а в преклонном возрасте сорока и более лет не всякое сердце выдержит потрясение от выжигающей глаза яркой вспышки и оглушительного грохота, после которого кровь течёт из ушей. Да ещё неведомая и невидимая отрава, раздирающее нутро и заставляющее выхаркивать лёгкие в безудержном кашле. Так что да, почти бескровно.
И точно так же без пролития крови заплясали в петлях шестьсот двадцать ганзейских наёмников, приговорённых к смерти на Вече за преступления против жителей. И ещё одиннадцать человек из местных приговорили к петле за явное сотрудничество с захватчиками. Да шестерых за сотрудничество тайное, но выплывшее наружу за короткое время ганзейской власти.
Князь Беловодский Андрей Михайлович Самарин, утвердивший приговоры от имени государя-кесаря, выразился коротко:
— Помер Максим, да и хер бы с ним!
Правда его поняли неправильно и латинское слово maxim перетолмачили дословно, после чего уже без суда повесили ещё восьмерых бояр, двух аглицких купцов и семерых свейских, а прочих немцев вообще без счёта. Эксцесс исполнителя, так сказать.
Самарин только пожал плечами, когда узнал о самовольстве псковитян и ругаться не стал. Так, минут на двадцать разразился матерной речью без пауз и повторений, и предложил принести присягу государю-кесарю, а городу впредь именоваться Господин Великий Псков. Очередное Вече предложение одобрило и приняло, и Московский Пехотный полк пошёл далее, освобождать от оккупантов древние русские города Колывань, Ругодив, Берлин и Бранибор, в настоящее время ошибочно именуемый Бранденбургом.
Нарва сдалась без боя. Разве можно назвать боем обстрел укреплений снарядами с всё тем же слезоточивым газом? Гуманно, действенно, хотя и довольно дорого — неведомые благодетели слезогонкой не озаботились, и её пришлось закупать за наличные такими хитрыми и извилистыми путями, что вспоминать не хочется. Но для Нарвы не жалко, все остатки потратили.