— Давай! — крикнула Муза и я прыгнул в закрывающиеся двери лифта, вытянувшись струной.
Пушечным ядром я ворвался в кабину и впечатал оябуна в зеркальную стенку. Бух! Даже стекло треснуло.
В отражении я увидел, как к горлу приближается нож. Пригнулся, наугад бросил локоть за спину, получил под дых коленом, чуть не упал…
Формула: два головореза Такари, оябун, и я, все заперты в узком пространстве лифта, что идет вниз, обратно на парковку. В открытом поле шансов было бы маловато, но в кабинке, в толчее, где этим мамонтам тяжело развернуться, вариантов победы было больше.
Такари-сан накинулся на меня сзади, я боднул его затылком, одновременно прописывая двойку охраннику, рассекая нос кастетом. Слева прилетел мощный хук, меня отбросило в угол, я вжался в него и в последний момент перехватил танто у груди. Этот якудза был покруче остальных, высокий, поджарый, с острым взглядом… Я дернул его руку на себя, притягивая поближе, и закрываясь тем самым от оябуна и второго охранника. Попытался взять его кисть на излом, но он выкрутился, полоснув меня по ладони. Сука! Я вцепился в кисть снова, удерживая длинного между собой и его дружками. Боднул врага в лицо, почувствовал, как слабеет хватка, завладел его пальцами и с хрустом вывернул их из суставов. Нож моментально оказался в моей власти и через миг уже торчал из шеи бандита, прилетев снизу вверх.
Он даже звука не издал, просто удивленно зажал рану руками и наклонился вбок к зеркалу. Я оставил его ощупывать рукоять ножа в своем горле, оттолкнул в сторону и набросился на оябуна и его соратника. Босс сильно не сопротивлялся, только матерился без остановки и мешался, а вот второй якудза принялся мутузить моё тельце что было сил. Я закрылся руками и коротко отвечал, прижимаясь к нему, чтобы не дать размахнуться. Пошел обмен ударами. Я пропустил пару в лицо, из носа потекла горячая юшка, но я этого почти не заметил. Этот был молод, но неплохо обучен, и несмотря на гламурную серьгу в ухе, умел держать удар. А тут ещё и чертов оябун пытается свои 5 ейн вставить, сует руки мне в лицо, мешается и продолжает обкладывать первосортным матом.
Локтем зарядил боссу, снизу попал в челюсть якудзе кастетом. По боксерски уклонился торсом вправо-влево, пропуская тяжелый кулак над ухом, ещё контратака. В грудь и в кадык, он поплыл, поднял руки закрываясь. Я принялся добивать, прорывая кастетом его защиту. Бил через его кулаки, кроша руки, пока он не раскрылся от боли. На выдохе, из последних сил я вбивал удар за ударом в его рожу, ломая хрящи и кроша зубы.