— Спасибо, Абэ, — пошевелил сухими губами старик. — Икари-кун, мы выслушали двоих членов твоей семьи, пришла твоя очередь. О чем ты хочешь нам поведать?
— О нарушении кодекса борёкудан, — поднял я глаза. — Я хочу рассказать о том, что видел на острове Вакасима, где Като-кай удерживают людей, и заставляют их убивать друг друга. И о сотнях пропавших людей, чьи тела можно найти в массовом захоронении там же. Изнасилования, убийства, торговля органами, ставки на смерть, — вот что я видел, и о чем хочу дать показания.
— Сегодняшние обвинения удивили всех нас, — поднял бровь председатель. — Сложно поверить, что Като-сан причастен к столь многим преступлениям. Ты можешь доказать свои слова?
— Вакасима большой остров, но в нем слишком много секретов. Вам лишь стоит посетить это место, чтобы убедиться в моих словах.
— Хорошо, начни сначала, — кивнул он. — Как ты оказался на острове, и подробно изложи, что там видел.
Ну, рассказ у меня уже готов, я его отрепетировал ночью на Дайго и остальных. Если на них сработало и тут прокатит. Осталось лишь его пересказать.
Я открыл рот, чтобы вылить потоки дерьма на ублюдка и его тусовку, но неожиданно меня грубо прервал возглас слева.
— Хватит! — вдруг заявил Каин и рывком поднялся с кресла. — Я не буду больше это слушать!
— Като-сан, тебе придется сесть, — прищурился Кобаяси. — Обвинения слишком серьезные, чтобы мы могли их игнорировать.
— У меня есть слово, — выпятил грудь Каин. — И я намерен им воспользоваться.
— Правила есть правила, и тебе придется их соблюдать, — скривил рот председатель. — Ты сможешь выступить с обращением после того, как мы заслушаем свидетелей.
— Если я буду по часу выслушивать каждого мелкого кобуна из Ягами-кай, то умру от скуки. — развел руками Каин. — Кобаяси-сенсей, я хочу сэкономить нам всем кучу времени. Поверь, моё обращение никого не задержит и закончит этот процесс.
— Этому не бывать, — хмыкнул председатель, — если ты, конечно, не хочешь сознаться.
Каин опустил плечи и хлопнул себя по бедрам, будто отряхивая руки от невидимой грязи.
— Именно этого я и хочу, — заявил он, глядя на меня. — Сознаться.
Презумпция Каина, часть 2
Председатель с интересом подался вперед, словно змея, что готовится броситься на жертву. Не мигая он смотрел на невозмутимого Кайне, перебирая пальцами буддийские четки.
— Ты признаешь обвинения? — спросил он.
— Хай, признаю, — кивнула маска. — И как я сказал, смотреть на этот фарс больше не способен. Я требую слова.
— Оно твое, — произнес Кобаяси, откидываясь на спинку. — Говори.
— Аригато, — со злостью в голосе ответил Каин и повернулся к остальным.