Я молчал, глядя на дымок, что вырывался из ствола.
Моя команда… Они думали, что я боюсь стрелкового оружия. Что у меня некоторого рода фобия. Это было неудивительно, ведь многие японцы не переносят огнестрела, относятся к нему с опаской, это часть их культуры.
Но я уже говорил, — я боюсь только себя.
И того, что я могу натворить.
Пистолет лишь инструмент, но слишком простой и удобный, чтобы дать к нему доступ такому психопату, как я. Убивать из него легко и быстро, и сложно сдержаться, не увлечься… Однажды это уже произошло.
После того раза я пообещал себе никогда больше не стрелять. Я убил слишком многих тем вечером, нарушил свое Правило не единожды.
С тех пор я не прикасался к пистолету, панически избегал встречи с ним.
Но это не значит, что я не умею стрелять. Ещё как, мать его, умею.
И делаю это с удовольствием.
— Значит, все кончено… — схватилась за голову Муза. — Мы обречены?
— Ты ведь и так понимала, к чему все идет, — вздохнул я.
Я положил оружие на стол, лениво взял стакан и залпом проглотил содержимое. Шмыгнул носом и закурил, растекаясь по креслу.
— Я сорвался, Муза, — сказал я так, будто признаюсь в болезни. — Ты не могла этого не заметить. Убиваю без разбора, без критериев, просто потому что хочу. Я больше не могу это контролировать. Жертв становится только больше, а мое психологическое состояние ухудшается.
— Это все разум Икари, он слаб, и ты…
— Неважно! — перебил я. — Это неважно, Муза, как ты не поймешь! Виноват ли слабый мозг Икари, или боль потери, или эмоциональный фон, — какая разница⁈ Я не остановлюсь, без вариантов…
— Месть, — произнесла она.
— Только она и держит меня на ногах, — признался я. — Я все равно его прикончу.
— Но жертвы…
— Больше не важны. Для таких, как мы есть лишь один конец. Рано или поздно любой серийный убийца к этому приходит, но немногим дарована возможность исполнить лебединую песнь. Момент настал. Если Серые Дни не заканчиваются…
— Настает время Жатвы… — грустно улыбнулась она.
— Наша последняя песня, — произнес я угрюмо и взял пистолет.
Монстр, что хотел стать человеком, — часть 3
Той же ночью, я решил позвонить Дайчи, просто потому, что больше никого не осталось.
Каково же было мое удивление, когда он ответил на звонок.
Я до сих пор не верил, хоть он и сидел напротив меня.
Я назначил встречу в раменной, на окраине района. Мы захаживали туда с Дате иногда. Угловое здание, откуда я мог просматривать улицу, много путей отхода в случае подставы, а ещё толпа народа, в которой легко затеряться. Даже ночью заведение пользовалось популярностью.