— Усёк, я тоже заметил, но он ведь вообще не даёт захват взять, сразу срывает. Легко срывает. Звериная сила у него в руках.

— Есть такое. Он Васю вчера именно силой одолел. Видел, что было⁈ Не лезь в партер. Только в стойке борись. В партере и у тебя шансов не будет.

— Понял…

Брякнул гонг, свистнул судья голландский на ковре, Левин сделал два глубоких вдоха, насыщая кровь кислородом и вышел на ковёр.

Ровно всё как! Монгольский гном даже и не думал тактику менять. Стоял в низкой стойке далеко вытянув загребущие руки вперёд и, при малейшей попытке Квасина взяться за отворот куртки или рукав, сразу круговым движением локтя захват срывал. Сам же не предпринимал попыток схватить за куртку соперника, только изредка обозначал это. Вчера вечером боролся Ганболд совсем по-другому с Василием Швайей. Он полез тому в ноги и даже прихватил советского борца за одну, потанцевали немного и свалились. Дали монголу всего балл один, но ему и это не нужно было, больше он Васю из партера не выпустил. Сначала удержание провёл, а потом и на болевой перешёл, вытащив руку Швайи из захвата, словно он и не сопротивлялся. Как можно такую силу накачать? Тоже хочется.

Предыдущие схватки с участием Жамбалына Левин не видел. Делами по диверсии занят был, то костюм покупал, то подслушивал разговоры американских лётчиков. Зря не присматривался. Вон, какой неудобный соперник.

Опять свистнул судья и объявил последнее китайское предупреждение монголу за пассивное ведение борьбы. Ну, теперь-то, явно проигрывая, соперник должен был пойти ва-банк. На самом деле не танцевать же он на другой конец Мира приехал⁈ Рывок Владимир Ильич почти пропустил, если бы не предчувствие, что вот сейчас монгольский борец бросится в атаку, то ничего бы не помогло, прямо молниеносный бросок в ноги. Но… Во-первых, точно такой же, как и вчера, а во-вторых, Левин почувствовал, что вот сейчас. И шагнул в сторону. Жамбалын пролетел мимо, а Левин успел поймать его за рукав и, ещё ускорения придав, просто подставил ногу. Можно эту корягу при желании принять за переднюю подножку. Ну, импульс был приличный сопернику задан. Он не удержался, падая, проделал ещё два шага, и головой врезался в судейский столик. Попытался сразу встать с колен и перевернул его окончательно. Голландский судья свистнул и вызвал доктора на ковер. И не зря. Или уже видел? У монгольского борца была бровь рассечена.

Пока врач занимался борцом, а судьи столиком, Левин стоял и прикидывал, сколько времени осталось, до конца поединка. А ведь не много, да ещё время на оказание помощи судья не сразу отсёк. Буквально десяток секунд осталось. Максимум, раз голландец не объявлял — половина минуты.