— Ой, — потряс тот головой, — простите, Иван Макарович, не признал в таком наряде.

— Наряды у дам, — недовольно буркнул я. — Так где Портейг и почему ты такой замученный?

— Семен Иванович на фабрике, вы ему сами же приказали переезжать.

— Черт! — непроизвольно вырвалось у меня. — Николай Сергеевич здесь?

— Да, Коротков в лаборатории.

— Отлично, — обрадовался я. — Слушай, Михаил, но ты-то чего такой измученный?

— Серафима Георгиевна нагрузила, — кивнул завхоз на кипу бумаг в руке. — Доходы и расходы заставляет проверять, закупки почти на меня переложила. Говорит, что вскоре покинет столицу, замену себе готовит.

От такой новости я на некоторое время не нашелся, что и сказать. Уточнил, на месте ли моя младшая компаньонка, но ее нет, решила пару дней отдохнуть, так Михаилу сказала, когда давала наставления вчера вечером. Н-да, какое-то нехорошее предчувствие, терять такую работницу — нож по горлу, но, похоже, Анзор своего добился. Увезет к себе в горы девушку и заточит в какой-нибудь пещере, с него станется. Хм, но если это так, то можно с ними отправиться и поискать круг перехода, а точнее, странное место, где аксакал в моем мире проводил непонятный ритуал, благодаря которому я оказался здесь.

Иду по коридору, вежливо киваю больным и здороваюсь с врачами и сестрами милосердия. Мозг лихорадочно строит планы на ближайшее время, определенный порядок действий намечен, цель поставлена, и к ней подобрался как никогда близко. Появятся ли непредвиденные события? Одно из них почти наступило, Сима сбегает, впрочем, рано или поздно это бы произошло.

— Николай Сергеевич, отвлекись на минутку, — попросил я Короткова, который при моем появлении от микроскопа не пожелал оторваться.

— Ой, Иван Макарович! Тут у меня интересная картинка! — обернулся хирург. — Не желаете полюбопытствовать?

— Потом, — отрицательно качнул я головой. — Вчера со мной неприятность приключилась, плечо пропорол по неосторожности. Гляньте, что там и как, — попросил я и начал раздеваться. — Кстати, как там наша больная себя чувствует после операции?

— Ольга Десмонд? — уточнил хирург, но сразу продолжил, не дожидаясь моего подтверждения: — С ней все хорошо, чувствительность, слава богу, не нарушена.

— Это радует, — поморщился я, снимая с себя рубаху. — Посмотри, если есть необходимость — обработай, пожалуйста.

— Так-с, что тут у нас, — пробормотал хирург, снимая повязку, наложенную моей сестрой. — Колотая рана, сквозная, судя по тому, как двигаете рукой, внутренние повреждения минимальны. Шпага?

— Гм, возможно, но для протокола — арматура. Споткнулся, упал, очнулся — рана, — сквозь зубы ответил я, так как Коротков стал протирать мое плечо спиртом.