— Шпалер брось, — рыкнул Анзор своему подручному и сам на землю кинул нож и револьвер.

Жало, закусив губу, разжал пальцы, и оружие упало, вор хлопнул его по плечу и направился на голос, который его позвал. Незаметно оглядываясь по сторонам, я насчитал присутствие пятерых незваных гостей, не считая того, кто за елью прячется. Меня револьвер никто не просил выкинуть, но пока начинать стрелять не следует — непонятно, какие у данных людей намерения, может, разойдемся по-хорошему. Да и Жало же говорил про бывших каторжан. Неужели Анзор не может с ними общего языка найти? Кстати, обращались к нам на русском, без акцента, с сильным оканьем. Вор так и не опустил руки, он что-то втолковывал своему собеседнику, потом расстегнул пиджак и рубаху, что-то демонстрировал (наколки?). Анзор начинал злиться, махал руками, и до моего слуха долетали отдельные фразы — блатной жаргон и заковыристая брань, нормальные слова произносились намного тише, и ничего разобрать невозможно.

— Не понимаю, — пробубнил Жало.

— У твоего пахана какие-то свои терки, и не удивлюсь, что старые счеты, — ответил я.

Уж кого-кого, а Анзора сложно принять за легавого или обычного прохожего. Тем не менее, мы продолжали ждать затянувшихся переговоров.

— Иван Макарович, подойди, пожалуйста! — обернувшись, позвал меня вор.

Ситуация изменилась, мозг лихорадочно просчитывал варианты. Около ствола ели большей частью окажусь скрыт от неизвестных людей, взявших нас в кольцо. Может, попытаться посоревноваться в меткости? Шансов немного, но всяко лучше, чем подставлять пуле лоб. Жаль, но первым под выстрелами падет Жало, парень на открытой местности, и стрелять придется мимо него, а в ответ точно прилетит. Анзор опытный и матерый, может, и сумеет увернуться, но и его шансы невелики. Мля, а как я без них в Россию попаду? Это окажется уже сложнее, заметут меня легавые, если из этой передряги выберусь. Ничего не успел решить, буду действовать по ситуации, и если не увижу другого выхода…

— Иван Макарович, это Гонзарь, так кличут старосту поселения, он желает задать тебе пару вопросов, — сказал Анзор.

Из-за ели вышел мужик средних лет, чисто выбритый, на щеке с левой стороны старый шрам, в руках держит охотничье ружье. Одет в подобие формы офицера, но без знаков различая, на ногах полусапожки из мягкой кожи, но широкополая шляпа диссонирует.

— Ты, что ль, дохтур-москаль? — с прищуром спросил Гонзарь, качая ружье на сгибе локтя, но стволы в мою сторону смотрят, а пальцы у него на спусковом крючке.

— Да, в России имею больницу и производство лекарств, на паях с компаньонами, — не стал отнекиваться, гадая, к чему подобные вопросы.