— Марина заглушит твой крик, ну а тебя за попытку ждет прямо наказание-наказание. Это понятно?

Кивок.

— Отлично. Сейчас я снимаю с тебя кляп, и ты начинаешь говорить.

Гельмут прочувствовал ситуацию и начал говорить, но довольно вяло. Было видно, что во время попыток строить фразы в стиле: «пык-мык-мы-тут-типа-эта-я-здесь-просто-рядом-постоял» он лихорадочно думает, как пропетлять в сложившейся ситуации. Я даже послушал немного, целых десять секунд, после чего воткнул острие витиса Гельмуту в живот и выдал среднюю мощность. Держал в этот раз не три секунды, а десять — именно столько, сколько слушал его невнятную речь.

После такого долгого воздействия Гельмуту долго пришлось приходить в себя. Я потратил это время, чтобы снова надеть его респиратор; Марине тоже надела свой, белый — в кунге неприятно резко пахнуло — у Гельмута опорожнились и кишечник, и мочевой пузырь.

— У тебя остался всего несколько шансов на то, чтобы начать говорить по делу, потом тебе настанет медленный и печальный конец.

На самом деле я не собирался убивать Гельмута. Он нужен как свидетель, потому что если я — без опыта, добиться от него ничего не смогу, то в Пятой бригаде специалисты наверняка найдутся.

Опыта у меня не было, зато в наличие оказалось горячее желание узнать правду. И не сразу, но Гельмут все же начал говорить предметно.

Юлия Клеопатра Октавия Германика — так звали пустоглазую патрицианку. Она была легатом Ахена — а Гельмут вот уже более двадцати лет состоял при ней в роли доверенного лица. До недавнего времени он был префектом лагеря легиона — серьезное звание, по сути начальник штаба, полковничья как минимум должность. Но после атаки Плети Гельмут получил от Октавии задание встретить ее здесь — в моей оболочке, и помочь Гаю Антонию организовать сводный отряд, чтобы через месяц переодеть его в форму Пятой легкой бригады.

В чем смысл затеваемой провокации Гельмут не сказал — не знал, если ему верить, но предположил, что это может быть связано с семейными разборками. Пока монолит был спящим, здесь располагалась только кадрированная — он назвал ее «кастрированной», Пятая бригада, командир-шефом которой являлась Юлия Клеопатра Кайсара Младшая — как следует из имени, младшая сестра Октавии Германики. Новоприбывший сюда Княжев оказался богат ресурсами, и Октавия рассчитывала прибрать его к рукам полностью, но Кайсара воспротивилась — формально будучи в своем праве. Отказ младшей сестры старшую, опять же со слов Гельмута, взбесил не на шутку.

Даже потери во время атаки Плети не поколебали решимость Кайсары Младшей справиться своими силами, в результате чего между сестрами произошла серьезная размолвка, в которую вмешалась глава фамилии. По результату Ахен занял всего две грани, получив в зону контроля бедные в сравнении с другими сектора. Что, опять же, послужило причиной ярости пустоглазой.