– Проблемы? – обеспокоенно поинтересовался я.
– Забей. Это внутренние дела. – Вербовщик наконец перешел на «ты». – Завтра вертолетом отправляемся отсюда до западного блокпоста. Снаряжение подготовят и отправят вместе с нами. Пора по домам.
* * *
Когда мы покинули территорию части на угловатом дорогущем внедорожнике Анатолия, на улице вновь зарядил ливень. Половину дороги наниматель не произнес ни слова, слушая шум дождя и немецкий индастриал-метал из динамиков навороченной аудиосистемы.
– Зайдешь? – предложил я.
Настало время включиться в опасную игру и заранее перехватить инициативу. Где, если не в домашней неформальной обстановке, вытянуть из таинственного вербовщика Организации побольше ценных данных? Впрочем, вполне возможно, такие, как он, умеют держать язык за зубами в любых условиях. Я ожидал отказа, в то время как напарник неожиданно согласился.
– Только это… у меня не прибрано… – замешкался я. Интерьеру моего жилища было далеко до люксовых апартаментов, в коих, по всей логике, должен обитать этот тип.
– Пофиг, – ответил Анатолий. – Вряд ли ты сможешь меня удивить.
Машина остановилась у невзрачного серого подъезда.
– Гляди, Семеновна, я ж тебе говорила, что в тридцать второй квартире богатей живет. А ты не верила…
Анатолий усмехнулся и вежливо поздоровался с представительницами «дворового интернета», в поздний час выгуливающих на газоне что-то мелкое и собакообразное.
– Пора девок водить, а он все один, – проворчала старушка в цветастой куртке. – Так и помрет бобылем…
На лице Анатолия проскочила ехидная ухмылка. Я удостоил пенсионерок кивком и ледяным взглядом, а затем открыл тяжелую дверь магнитным ключом.
После злополучных событий с Леной мне привалило некислое состояние. Я мог бы позволить себе и квартиру в более престижном районе, и ужины в ресторанах. Однако потратить получилось куда меньше: скромная однушка на окраине города вполне соответствовала моему непритязательному вкусу. Остаток средств я надежно упрятал в банке, где трудился айтишником. На лучшую жизнь… Как тогда казалось. Теперь же в ее существовании я критически сомневался.
Открыв дверь в квартиру, я сбросил кроссовки и куртку и вместе с рюкзаком прошел на кухню.
– Удобства за деревянной дверью со шпингалетом, тапки на полке. Уж прости, давно я гостей не принимал.
– Не стоит беспокоиться, – сдержанно ответил Анатолий.
Помыв руки, мой собеседник прошел на кухню и присел за стол.
– Не будем тянуть кота за причинные места. Я знаю, о чем… вернее, о ком ты хотел поговорить. Раз уж ты подписал документы о неразглашении, можно и немного приоткрыть наши скромные секреты. Мы… наша Организация представляет интересы международного фармацевтического холдинга… кхм… особой направленности. В основном военная медицина, а также обслуживание высших эшелонов правительства и силовых структур. Как тебе известно, Зона – клондайк для подобных изысканий, несмотря на то что само ее существование на планете претит природе. У столь мощных сил должен быть один владелец. А именно – международное научное сообщество под протекцией как минимум ВОЗ и ООН. Сталкерство как явление больше мешает, чем приносит пользу. Нечистые на руку люди используют Зону в своих интересах, что не только вставляет палки в колеса исследований, но и порождает массу проблем по эту сторону. Не каждый сталкер имеет даже примерное представление, как поведет себя то или иное аномальное образование вне привычной среды. К тому же в самом центре на дважды взорвавшейся станции засели те, кто не допустит существования не только ученых, но и любого представителя рода человеческого в Зоне. Они единолично посчитали ее своей. Суеверная публика называет их Хозяевами Зоны или кланом «Обелиск». Парадоксально, но даже несколько военных операций с применением техники и авиации оказались неспособны вытравить фанатиков оттуда. Страшные люди, так-то… Если вообще это еще люди… Будто бы зомбированные одной из антенн. Поклоняются какому-то камню внутри саркофага и готовы перемолоть любого, кто к нему приблизится. Как ты понимаешь, с наличием таких неприятных соседей скорость и качество разработок ощутимо страдают. К тому же Хозяева не планируют делиться своими знаниями даже за вознаграждение.