Разобравшись с сухпаем, Маша вновь полезла в рюкзак и достала полупрозрачный пластиковый контейнер, в котором бултыхалось нечто непонятное и малоаппетитное.

— Уже оранжевый! — воскликнула девушка. — Значит, осталось максимум восемь часов!

На крышке контейнера и в самом деле была оранжевая не то пластинка, не то наклейка.

— Мне надо бежать, иначе всё окажется впустую.

— Что ж, беги, — пожал плечами Терентьев.

— Ты не подумай, я понимаю, что ты меня минимум дважды спас от верной смерти. Я сполна рассчитаюсь за это. Но…

— Если ты не принесёшь добычу, пока она не испортилась, — продолжил Иван, — то рассчитываться будет нечем.

— Именно так.

Маша опустила голову, но тут же снова вскинулась:

— Может, тебе что-то нужно? Что-то, что я могу дать тебе прямо сейчас? Ну, кроме…

Девушка вновь покраснела. Иван предпочёл этого не заметить.

— Можешь, — сказал он. — Мне очень нужны нож и твоя складная лопатка. Должен признаться, я на время брал их у тебя для текущих надобностей. Но после чистил, правил и возвращал. И если у тебя есть несколько метров крепкой верёвки, тоже не откажусь.

— Возьми, — порывисто воскликнула Повилихина и принялась расстёгивать ремень.

Сообразив, что это действие может быть воспринято неверно, она вновь покраснела, но процесс завершила. Сняла ножны с ножом и чехол с лопаткой, придвинула их к пакетам сухпая и стремительно вернула ремень на место. Затем покопалась в рюкзаке и добыла бухту тонкого репшнура.

— Вот спасибо, так спасибо, — обрадовался Иван. — Теперь мне будет намного проще. Давай флягу, я тебе своего чаю на дорожку плесну.

Терентьев, бормоча себе под нос что-то неразборчивое, наполнил фляжку настоем, закрутил пробку и подал девушке. Та убрала её в чехол и встала, наконец, на ноги. Сложила в рюкзак защиту, прицепила сбоку на специальные крепления арбалет, надела на плечи лямки, подтянула регулировочные ремешки, застегнула пояс. Проверила, что ботинки хорошо завязаны и, наконец, выпрямилась. Произнесла торжественно:

— Я, Мария Повилихина, обещаю, что не позднее, чем через три дня вернусь на это место и расскажу Ивану Терентьеву всё, что знаю о государственном устройстве, законах, обычаях и человеческих отношениях в княжестве.

— Я принимаю обещание, — улыбнулся в ответ Иван Терентьев. — Постараюсь быть здесь же через три дня. Беги уже, времечко тикает.

Маша благодарно взглянула на парня и вынула из кармана куртки здоровенный мобильник. Потыкала пальцем в экран и, повинуясь указаниям приятного тенора, шустро зашагала прочь. У опушки леса остановилась, оглянулась, махнула рукой и скрылась за деревьями.