Маркус кивнул, а Миллер даже рукой махнул: мол, давай, не стесняйся.

Я улыбнулся и, засунув нож за пояс на спине, повернулся к двери, имитирующей вход в жилище. Это была обычная дверь в одну из тренировочных комнат полигона, обитая железом, с номером «3» на табличке.

— Значит так, — я встал в дверном проеме, изображая хозяина квартиры. — Я жилец. Немного пьян, очень зол, и мне плевать на ваши законы. Вы, — я кивнул Майклу и Мэри, — подходите, стучите, объясняете ситуацию. Майкл — ты первый, говоришь ты. Мэри — ты подстраховываешь, контролируешь обстановку, но оружие пока в кобуре. Всё по инструкции. Ведь у вас во Флориде за громкую музыку пока не убивают?

Они переглянулись и кивнули.

— Начали!

Майкл шагнул к двери, Мэри чуть сзади и справа, как я и просил. Он постучал костяшками по металлу.

— Полиция Майами-Дейд! Откройте, пожалуйста!

Я медленно приоткрыл дверь, выставил голову. Лицо расслабленное, веки полуприкрыты, изображаю опьянение.

— Чего надо? — спросил я по-русски, и Тиммейт тут же выдал перевод через динамик: — What do you want?

И Майкл произнёс вежливо, но твердо:

— Сэр, ваши соседи жалуются на громкую музыку. Сейчас три часа ночи. Не могли бы вы сделать потише?

Я смотрел на него мутным взглядом, потом перевел взгляд на Мэри. Она стояла чуть сзади, рука на оружии. Ждет развития событий.

И тут я рванул на них.

Правая рука метнулась к поясу штанов, где у меня был заткнут деревянный нож, и выхватила его за долю секунды. А я шагнул вперед, прямо к Майклу. Левой рукой я перехватил его запястье, которое он инстинктивно поднял для защиты, и тремя быстрыми движениями провел дважды ребром деревянного клинка по его шее. Сбоку, спереди, с другой стороны. Потом толкнул его в грудь и, не останавливаясь, устремился к Мэри.

Она отшатнулась, глаза расширились. Рука дернула из-за пояса Глок, но пальцы заскользили по затвору, и она провозилась слишком долго с досыланием патрона, а мой деревянный нож уже ткнулся ей в живот.

— Вы погибли, друзья мои, — сказал я, останавливаясь. — А у этого мамкоёба появилось два Глока, полицейский бронежилет, машина и рация.

— А в машине ещё и ружьё, — добавил Маркус.

— И ружьё, — согласился я.

В коридоре стояла тишина. Майкл замер с открытым ртом, потирая шею, хотя удары были чисто символическими. Мэри смотрела на Глок в своих руках так, будто видела его впервые.

— Сколько времени прошло? — спросил я у аудитории. — Секунда. Полторы, ну максимум две.

Я подошел к Майклу и забрал у него Глок, который он так и не успел достать.

— Ты держал руку на оружии. Ты знал, что в квартире может быть опасно. Но ты не успел. Почему? — я посмотрел ему в глаза.