— Мне приснилось или это действительно что-то бахнуло?

— Бахнуло. Вон то зарево минуту назад стало ярче, а потом долетел звук взрыва.

— Сколько секунд прошло между вспышкой и звуком? — спросил Максим.

— Я не считал. Больше минуты точно. — Илья пожал плечами.

Максим что-то посчитал про себя.

— До него примерно двадцать тире тридцать километров. — Выдал он результат.

— Как думаешь, что это может быть?

— Без понятия. Может быть, горит уголь.

— Со взрывами?

— Без понятия, не специалист по тому, как горит уголь в естественных условиях. Вдруг это попутный газ бахнул. — Предположил Максим.

— Тогда это нефть скорее. — Илья вдруг подумал, что такое объяснение вполне может оказаться правдоподобным.

— Ну, вот ты и сам все знаешь. Иди, поспи, а то Дашка твоя ворочается без тебя. — Предложил Максим.

— Хорошо. Как Гуля?

— Норм. Думаю, худшую стадию она пережила. Теперь только время нужно, чтобы рана затянулась.

— Ну, да. Ты смотри, опять, наверное, снег пойдет. — Предупредил Илья. — Здорово похолодало.

— А я подумал, что это со сна. — Максим поежился. — Давай, до утра.

— До утра.

Илья забрался под покрывало к Даше. Она как будто ждала его, сразу придвинулась и взяла его руку в свою, прижав к груди. Тело из-за того, что не оказывалось в тепле в течение долгого времени, не так реагировало на холод, но все равно, когда Илья почувствовал, что отогревается, ему стало неописуемо приятно. Это был какой-то запредельный комфорт, будто он лег спать на кровать с чистой постелью в теплой комнате. С легким настроением он уснул.

Проснулся от гомона в лагере и шума по покрывалу, которым он был накрыт с головой. Шум был шуршащим, походим на сыпавшееся сверху пшено. Илья откинул уголок покрывала и увидел, что мир сделался белоснежным. С неба летела ледяная крупа, закрывшая обзор до пары десятков метров. Она уже укрыла ровным слоем землю и не очень-то собиралась таять.

Максим, сделал из своего покрывала навес, грел в нем на спиртовке воду. Увидел Илью, выглядывающего из-под одеяла, и усмехнулся.

— Вот какое утро выдалось. А я чай хочу заварить Гуле. Нашел в мешках чай в пакетиках, заварю, туда раздавлю пригоршню зерна, и будет настоящий талкан, как у казахов. Мы у бабушки ее пили. Там, правда, пшено было, но у нас нет такого выбора. — Заботливо доложил друг.

— Как она? — Илья вылез посильнее из-под одеяла, чтобы увидеть Гулю.

Она была укрыта с головой. Покрывало подоткнуто со всех сторон, чтобы не поддувало.

— Спит. Ночью просыпалась в туалет. Немного перекусила и снова уснула. Говорит, что голова побаливает от спирта.