Грегорион знал путь в колокольню. Туда, на вершину башни, вела узкая винтовая лестница, на которой его встретили серые братья, но уже облачённые в доспехи и шлемы. Будь на его месте отряд солдат, они могли бы долго удерживать этот узкий проход, но инквизитора им хоть и удалось задержать, но ненадолго.

Колокольный звон звучал всё ближе и вот, расправившись с последним из противников, Грегорион пнул дверь и оказался на крыше башни. Колокола тут же замолчали. Инквизитор вышел вперёд под медленно затихающий гул и увидел то, что заставило его остановиться.

Белые сёстры лежали на каменном полу. Неподвижные, бледные, мёртвые. Кровь из перерезанных шей заливала их белоснежные одежды, а над ними стояли семеро серых братьев, облачённых в доспехи и закрытые шлемы. Они напоминали фигуру с витражей и, как и она, оставались неподвижными, будто бы не заметив появления инквизитора.

Позади них стояла та, кого Грегорион некогда знал смиренной послушницей. Ныне же, перед ним предстала Агна Пречистая, облачённая в белое с серебром, с серебряным венцом на челе. Матриарх церкви Железной длани и королева Энгаты. В руке девушка сжимала скипетр, похожий на тот, которым прежде владел патриарх, вот только теперь на его вершине красовался железный кулак, окружённый треугольником и кругом, прежними символами церкви Троих.

Подле неё находился некто, облачённый в полный доспех с густым серебряным тиснением. В руке он сжимал палицу в виде покрытого шипами кулака, а серый плащ развевался на ветру. Грегорион вгляделся в лицо незнакомца и вспомнил, как видел его на казни: страшный ожог на половину лица был хорошо заметен даже через шлем.

— Грегорион Нокс, — провозгласила Агна. — Ты прибыл, как и предсказал Владыка. И стал свидетелем его силы там, у подножья храма. Я говорила, что эти стены неприступны, и вот — твои союзники обратились друг против друга по воле Владыки. Это ли не свидетельство его силы?

— Все эти сёстры… Зачем?..

— Человечность — это цепь, не дающая добраться до истинной силы. Лишь тот, кто сумел её разорвать, перешагнуть через грань человечности, достоин стать чем-то большим, чем человек. Перед тобой самые стойкие и верные из железных братьев. Те, что осмелились вкусить невинной крови. Моя новая железная стража!

— Ты чудовище… — процедил инквизитор. — И сделала из них таких же чудовищ. Я положу этому конец, пусть даже заплачу за это жизнью. Ради королевства, ради Церкви… Ради Марты.

— Ты станешь достойной проверкой их силы. Железная стража! — и все стражи как один обернулись на Агну. Она горделиво оглядела их и медленно произнесла, смакуя каждое слово: — Убить Грегориона Нокса.