— Привет, Серый! — я невольно улыбнулся. Этот шум, эта суета, все это было таким настоящим, таким живым по сравнению со стерильной тишиной башни. — Как ты? Как работа?

— Да как в аду, только платят меньше! — хохотнул он. — Сдаем проект, заказчик каждый день новые правки вносит. Я уже забыл, как подушка выглядит. Ты-то как? Все еще в своем цифровом раю?

— Вроде того. Слушай, я по делу. Мы сейчас планируем большой рывок по уровням. Пару дней жесткого кача. Хотел узнать, как там наш юный гений? Богдан сможет присоединиться? Нам бы не помешал его… энтузиазм.

На том конце провода повисла короткая пауза, затем шум перфоратора стих, видимо, Сергей вышел в коридор или подсобку.

— Эх, Андрюха… Боюсь, с Бошкой сейчас сложно будет, — голос друга стал виноватым. — Каникулы-то всё, тю-тю. Закончились. У него с понедельника школа, девятый класс, экзамены на носу. Мать лютует, отобрала шнур питания от компа, выдает по расписанию.

Я мысленно чертыхнулся. Конечно. Я совсем потерял счет времени в этой корпоративной гонке.

— Так что он теперь только по вечерам, и то, если оценки нормальные принесет, — продолжал Сергей. — В щадящем режиме. Часа два-три максимум, и точно не каждый день. Так что на него как на постоянного бойца не рассчитывай. Извини, друг.

— Да брось, Серый, какие извинения, — поспешил успокоить его я, хотя внутри кольнуло разочарование. Наша команда таяла на глазах. — Учеба важнее. Пусть грызет гранит науки, а не мобов.

— Вот и я ему говорю! А он мне про какую-то «оптимизацию учебного процесса через геймификацию». В общем, передам ему привет. Ладно, Андрюха, побежал я. Бывай!

— Удачи, Серый.

Связь оборвалась.

Я посмотрел на погасший экран телефона.

Михаил пропал без вести. Богдан выведен из игры реальностью. Кира все еще офлайн, готовится к своим экзаменам. Из всей нашей разношерстной, но такой живой и эффективной команды остались только я и Шнырь.

Ну и Максим. Корпоративный андроид, приставленный ко мне нянькой.

Наша группа снова редела.

«Ладно, — подумал я, убирая телефон и переодеваясь. — Нас мало, но мы в тельняшках. Или в эпических робах, в моем случае. Восьмидесятый уровень сам себя не апнет».

Я лег в капсулу, чувствуя привычный холод биогеля.

— Запуск, — скомандовал я в пустоту.

И мир снова исчез.

* * *

Мир моргнул и обрел четкость.

Знакомый полумрак «Серебряной Лютни», запах воска и старого дерева. Я сидел на краю кровати, сжимая и разжимая виртуальные пальцы, проверяя отклик. Идеально. Никаких задержек, никакой тяжести в теле.

В углу комнаты, уставившись в окно, сидел Шнырь. Он чистил яблоко, срезая кожуру тонкой, полупрозрачной лентой.