Удир. Церера. Шизофрения богов. Крот в корпорации. «Охотники».
Все это сплеталось в такой тугой узел, что мне казалось, стоит потянуть за одну ниточку, и все мироздание рухнет мне на голову.
Я вышел из игры.
Глава 13
Мир Этерии схлопнулся в черную точку, и я снова оказался в своем огромном номере.
Я снял шлем и отложил его в сторону. Без использования капсулы, переход в реальным мир происходил быстрее и мягче. Но даже так, выход не принес облегчения. Каждое мгновение, проведенное в бездействии, было мгновением, которое Михаил проводил в плену. Каждая минута промедления давала «Охотникам» еще один шанс затянуть петлю.
Я выбрался из кресла, чувствуя себя старше и тяжелее, чем несколько часов назад. Реальность давила гравитацией, которой не было в игре. Мой номер в жилом блоке башни, эта безупречная, стерильная золотая клетка, встретил меня тишиной. Я прошел к панорамному окну. Далеко внизу Москва расстилалась бесконечным, мерцающим ковром огней — гигантская микросхема, по которой текли потоки данных в виде фар автомобилей. Где-то там был мой отец, в другой клетке, пусть и медицинской. Где-то там была Аня, строящая свою маленькую империю. Где-то там был Михаил…
Эта мысль заставила меня действовать. План Стригунова был хорош, но он был медленным. Он был игрой на опережение, шахматной партией, где каждый ход тщательно взвешивался. Но пока мы играли в шахматы, «Охотники» могли просто опрокинуть доску. Мне нужен был не только скальпель, но и молот. Мне нужны были люди. Надежные. Те, кто не был частью этой корпоративной паутины. Те, кому я мог доверять.
Пальцы сами нашли в контактах единственный номер, который был мостом к моей прошлой, нормальной жизни. К жизни, где игра была просто игрой.
Гудки шли недолго. На том конце раздался грохот, чей-то зычный смех и затем — до боли знакомый, жизнерадостный голос Сергея.
— Андрюха! Какими судьбами? Решил-таки выбраться из своей цифровой нирваны и вспомнить о нас, смертных? Мы тут как раз пиво тестируем, новый сорт, крафтовый. Присоединяйся, пока не выпили!
Его беззаботность, его простое, земное предложение ударило, как глоток свежего воздуха после душного подземелья. На секунду я действительно захотел все бросить, поймать такси и поехать к нему. Сидеть на его кухне, пить пиво, говорить о всякой ерунде. Быть просто Андреем, а не Маркусом, не Сверхперсонажем, не активом категории «А».
Но эта секунда прошла.
— Серый, привет, — я старался, чтобы мой голос прозвучал ровно, почти по-деловому. Уже настолько сросся с этой маской, что разучился говорить иначе. — Слушай, у меня к тебе серьезный разговор. И серьезное предложение.