А потом раздался Голос.

Он возник прямо в голове, гулкий, влажный, древний, словно доносился со дна Марианской впадины.

«Тишина… лишь пауза перед криком. Они слышат даже когда ты молчишь, Искатель».

Звук был настолько реальным, что я дернулся, едва не опрокинув стул. Раковина издала тонкий, жалобный треск. По ее идеальной поверхности пробежала тонкая паутинка трещины.

[Системное уведомление]

Прочность предмета [Раковина Отчуждения] снижена. Текущая прочность: 11/12.

Мы с Михаилом переглянулись. В его глазах я увидел отражение собственного ужаса.

— Ты это слышал? — прошептал он, хотя вопрос был риторическим.

— Слышал, — ответил я, осторожно касаясь трещины на артефакте. Она была горячей. — Это был не системный звук.

— И не игровой, — добавил Михаил. — Это… это был канал. Двусторонний. Кто-то нас слушал. Или пытался предупредить.

— «Они слышат даже когда ты молчишь», — повторил я. — Охотники?

— Или НейроВертекс. Или сам Странник. — Михаил нервно потер шею. — Черт, Андрей, эта штука… она не просто глушилка. Это телефон. И на том конце кто-то очень могущественный.

— Удир, — вырвалось у меня.

Михаил удивленно посмотрел на меня.

— Кто?

Я на секунду задумался. Слишком много совпадений. Слишком много нитей сходилось в одну точку. Я достал [Лунный Светоч] и положил его на стол рядом с раковиной. Посох мгновенно отозвался на присутствие артефакта, его навершие засветилось мягким, серебристым светом, вступая в резонанс с синим сиянием раковины.

— Смотри, — сказал я и расшарил ему описание посоха и свой новый квест.

Михаил склонился над столом, вчитываясь в текст. Я ожидал, что система снова заблокирует передачу, выдаст ошибку или «абракадабру», как это было с Сергеем и куклой. Но нет. Михаил видел все. Каждую букву.

— «Пробуждение Забытого»… — прошептал он. — Удир, Владыка Вечной Жизни и Абсолютного Холода. Континентальное задание.

Он поднял на меня глаза. В них больше не было страха. В них горел тот самый огонь исследователя, который я так ценил.

— Ты тоже видишь это, — констатировал я. — Потому что ты тоже Сверхперсонаж. Система считает нас равными.

— Или связанными, — поправил он. — Удир… Это имя не упоминается ни в одной официальной хронике. Ни в одном мифе. Я перерыл всю библиотеку Логоса, Андрей. Там есть Валариус, Солон, Церера… Но Удира нет.

— Значит, он из «Ложных», — предположил я. — Из тех, кого изгнали. Или стерли.

— Стерли, — кивнул Михаил. — Это больше похоже на правду. Победители пишут историю, а проигравших вымарывают из летописей. Но если он существует… если его можно вернуть… это значит, что весь пантеон, это не константа. Это переменная.