Бой начался.

Урагос был медленным, но каждый его удар был катастрофой.

— Сектор! — орал Громбар, когда босс заносил дубину для широкого замаха.

Мы разбегались, как муравьи. Удар проходил по дуге, и те, кто не успел выйти из зоны поражения, мгновенно теряли половину здоровья и получали дебафф [Обморожение], замедляющий движения.

— Лед с неба! — закричала Ариэль.

С потолка, отмечаемые синими кругами на полу, начали падать огромные глыбы льда. Нужно было не просто уворачиваться, но и следить, чтобы глыба не отрезала путь к отступлению.

Первая фаза. Мы методично сносили ему здоровье. Танки менялись каждые три стака [Глубокой Заморозки], дебаффа, который при накоплении пяти стаков превращал игрока в ледяную статую на десять секунд. Громбар и второй танк, паладин Тирион, работали как часы. «Таунт!», «Забрал!», «Держу!».

На семидесяти процентах Урагос взревел и поднял дубину вверх.

— Ваша жизнь — моя сила!

Поток душ снова ударил в лежащую волчицу. Ее здоровье начало стремительно падать, а здоровье босса — расти.

— Фаза вытягивания! — скомандовал Светозар. — Все бурсты в босса! Хилы, лечите волчицу, перелечивайте урон! Сбивайте щит!

Вокруг Урагоса появился ледяной щит. Пока он висел, босс восстанавливал себе ХП за счет Волчицы.

Мы вливали все, что у нас было. [Метеор] мага огня, [Град стрел] охотников, мои [Магические копья]. Щит трещал, шел трещинами.

— Еще немного! — кричал Борис, всаживая в щит очередной сокрушительный удар молота.

Щит лопнул. Урагос пошатнулся, прерывая каст. Он успел отхилиться до восьмидесяти пяти процентов, а волчица просела до критических пяти процентов, но выжила.

Началась вторая фаза. Теперь к падающим глыбам добавились ледяные шипы, вырастающие из пола. Приходилось постоянно двигаться.

— Не стоять! Кастеры, шаги в сторону после каждого спелла! — командовал я своей группе, видя, как один из магов замешкался и тут же был пронзен шипом.

На сорока процентах повторилась фаза вытягивания. На этот раз мы были готовы лучше. Хилеры заранее повесили на волчицу все возможные хоты, а мы сохранили самые мощные кулдауны. Щит слетел быстрее, босс вылечился только до шестидесяти процентов.

Третья фаза. Берсерк.

Урагос потемнел, посинел еще сильнее. Его удары стали быстрее, глыбы стали падать чаще.

— Добиваем! Героизм! Все, что есть! — орал Светозар.

Зал превратился в хаос из льда, огня и стали. Танки стояли насмерть, прожимая все сейвы. Хилеры работали на пределе маны.

Урагос ревел, пытаясь раздавить нас, но мы были быстрее. Мы были злее.

Пять процентов… Два процента…

— За Фенрира! — крикнул Снайдер, пуская последнюю, решающую стрелу.