Холод не принёс облегчения охреневшему от происходящего мозгу. Я дёрнулся вправо, туда, где на перилах еще белел чистый снежок, но меня дернули за рукав.

— Стой на месте, придурок! — шикнул Кривонищенко, который стоял рядом. — Не мельтеши. Нам проблемы не нужны. У нас график, а из-за тебя… — парень раздражённо повел плечом. — А ты ведёшь себя, как больной. Или пьяный. Из-за тебя нас быстро могут не отпустить. Откуда ты только вообще взялся… Свалился на нашу голову. И без того сложностей до чёртиков. Людка ещё, зараза… Если бы она с этими деньгами не встала в позу, спокойно поели бы, да уже двигали дальше…

— Юрий, да что ты с ним разговариваешь? Он же псих ненормальный! — влез второй студент.

Бесячий тип. Надо было ему шапку, с которой он побирался, в глотку засунуть. Глядишь, повежливее себя вёл бы.

Я молча отодвинуся. Обоих туристов игнорировал. Не до них сейчас точно. Потому что в башке творился форменный бедлам.

Если в данную минуту я стою в двух шагах от дяди Славы, которому на вид где-то двадцать-двадцать один год, то… То всё, что меня окружает — это самый настоящий Советский Союз образца хрен его знает какого года. Дядька всегда увлекался туризмом. А в молодости вообще фанател от этого дела.

Пока менты объясняли горе-туристам, что меня, Кривонищенко и третьего придурка забрали за хулиганство, я молча пялился на родственника, пытаясь осознать, как такое вообще возможно.

— Вы понимаете, мы–студенты Свердловского политехнического института. Наш поход — важное мероприятие. Оно посвящено предстоящему съезду. У нас — сроки! — горячился дядька.

— А у нас — закон, который для всех един, — отрезал один из ментов. — А ещё у нас тихий, спокойный город. И такое несоветское поведение здесь не пройдет. Тут вам не там, тут порядок. Вы там в своих этих институтах да университетах совсем потеряли ориентиры. Но здесь, уж извините, граждане студенты, у вас ничего такого не выйдет. Так что этих мы забираем, а вы, если хотите, можете, конечно, подождать, но думаю, ждать придётся долго. И в институт мы точно сообщим. Это ж надо, что удумали: милостыню просить! Пусть в институте займутся вашим моральным обликом. Пропесочат на собрании. А то и комсомольского билета лишат, — Вычитывал дядьке милиционер.

— Да ничего же не произошло! — Мой родственник взмахнул руками. Сразу обеими. Видимо, его переполняли эмоции. — Просто пошутили. У нас случился некоторый внутренний конфликт в коллективе.

— Как это не произошло⁈ — милиционер покачал головой. — А драка? А попрошайничество? А жалобы от граждан? Так, вы тут давайте, голову мне не морочьте. Начальство разберётся, что к чему. Всё. Тихо мне тут, а то и вас заберём!