Ой, как я был в этот момент согласен с Дятловым. Причём по всем пунктам сразу.

Хотелось крикнуть:

— Да, Игорь! Да! Ты верно думаешь. Не знаю, кто: бог, вселенная, эфир, инопланетяне, но кто-то очень хочет, чтобы вы никуда не ходили! Знаки разные посылают, криком кричат: не надо тебе, Игорёк, в эти горы. Вот что говорят. Плюнь, разотри. Вернись сам и ребят своих по домам отправь.

Но… Само собой, ничего подобного сказать я не мог.

— За что благодарить? За драку?– Дятлов немного отодвинул Юрика в сторону и снова посмотрел на меня. — Не вижу поводов для благодарности. Между прочим, драка — крайне плохой аргумент в любых разговорах. Советские люди, особенно комсомольцы, давно все решают с помощью разговоров.

— Ну, положим, драка была не мной спровоцирована, а вот этим вот товарищем, — кивнул я в сторону Юрика. — С чувством юмора у него, знаешь ли, не особо. Да и шутка плохая вышла, несоветская.

Чёрт… Как всё-таки удобно жить во времена, когда есть чёткие ориентиры и правильные ярлыки. Не надо размышлять, что плохо, а что совсем плохо. Если необходимо, просто давишь на антисоветчину, и всё.

Само собой, на моё замечание ребята отреагировали выразительным коллективным сопением. Парням явно не понравилось сказанное. После моих слов даже Юрик слегка поугомонился. Несоветские поступки со стороны комсомольца, это — серьёзное обвинение.

Господи… Как дети, честное слово… Скажи кто-нибудь кому-нибудь в современном времени про нероссийское поведение, человек просто поржёт и пойдёт дальше. А тут прямо прониклись парни, неловко им стало.

Почти минуту мы с Дятловым играли в гляделки. Он, видимо, соображал, как оправдать товарища, но чего-то не очень хорошо выходило с этими оправданиями. Побирались? Побирались! Денег просили? Ещё как! Всё. На этом фоне наша драка уже теряет свою значимость.

Наконец, Дятлов сдался первым. Он поморщился, как от зубной боли, и буркнул:

— Чего уж теперь… Ну, если и правда помог… Спасибо. Не ожидал…

Я довольно кивнул, а затем продолжил:

— С подполковником договорился. Всё нормально. Никаких бумаг в институт не уйдёт, никто ничего не узнает. Группа отправится по графику. Вы же сегодня собрались выдвигаться?

— А ты откуда… — начал Дятлов, но потом осёкся.

Он, наверное, хотел спросить, откуда мне известно про поход. Замолчал, потому что сообразил, скорее всего, я просто слышал всю суету, которую подняли туристы, пытаясь избавить Кривонищенко и Дорошенко от принудительной экскурсии в местную ментовку.

— Подожди…– Игорь снова напрягся. — Как подполковник? Это он тут… начальник? И что значит, договорился? С милицией не договариваются. Это же милиция! Разобрались и отпустили, — Дятлов с подозрением уставился на меня.