Металлическая лестница с обрезиненными ступеньками. Турникеты с приемными щелями. Зеленые и красные индикаторы. Как в метро. И непродолжительное ожидание на платформе второго этажа, продуваемой всеми ветрами. Несмотря на арктический климат, здесь было ощутимо жарче, чем в Хабе. Пришлось снять пуховик, шапку и шарф. Баул чуть ли по швам не трещит.

Платформа наполнялась людьми.

Если ты вырос в мире, где поезда движутсяпо рельсам, то адаптироваться к скайвэю непросто. Глаза то и дело смотрят вниз, сквозь перила ограждения, пытаются нащупать нечто знакомое. Шпалы, гравийную насыпь, стрелки… Нет. Просто щель, в провале которой можно увидеть зал ожидания с пластиковыми креслами, камерами хранения и кофейными автоматами. Чтобы найти сами рельсы, надо поднять голову. Эстакада — это геометрически выверенная решетчатая структура, протянувшаяся в оба конца станции. К прямоугольным проемам и теплому весеннему ветру.

Бесшумно подъезжает вагон.

Это не поезд, как в твоем мире. Именно вагон — закругленный, футуристичный. Говоря языком местных жителей, автономная капсула. И движется эта капсулапод эстакадой, прицепившись двумя выростами крыши к направляющим. Половина капсулы скрыта в провале между платформами.

Никакой вибрации, стука расшатанных сочленений. Плавно, мягко и мощно. Добро пожаловать в будущее, наступившее сейчас.

Чудеса только начинаются.

Вагон тормозит.

Трубчатые перила втягиваются в себя подобно телескопическим удочкам. Опоры проваливаются в пол. Обтекаемые сегменты капсулы выдвигаются вперед и отъезжают в стороны.

— Заходи, — поторопил Тейн.

По скайвэю можно гонять хоть целый день, если ты купил жетон и оплатил право доступа. Главное — не пересекать турникет и не спускаться на первый этаж станции. А так — любые маршруты и пересадки по цене одного рубля.

Внутри капсула ничем не напоминала вагон метро. Скорее — комфортабельный туристический автобус. С мягкими откидными креслами по два в ряд и центральным проходом. Наоки так и не сумела понять, есть ли пространство для машиниста. Вероятно, капсулы функционировали в автоматическом режиме.

Едва пассажиры устроились на своих местах, вагон тронулся.

Без толчка.

Плавно и неторопливо.

— На чем эта штука работает? — поинтересовалась девушка, выглядывая в окно. Под эстакадой разворачивалась уступчатая панорама Мурманска. Улицы карабкались друг на друга, извивались по склонам сопок, ныряли в арки домов и вливались в мосты. Всюду — крутящиеся ветряки и солнечные электростанции. Дома компактные, малоэтажные, на крышах — уже начавшие приедаться коллекторы. В уличных теснинах снуют электромобили, велосипеды, гироскутеры, электросамокаты. В срезе Наоки подобные вещи только начали изобретать. — Дизель?