Мозг Наоки лихорадочно заработал.

— Всё это — ради сына.

— Бинго.

— Что же он хотел получить?

Тейн пожал плечами:

— Мы вторгаемся в область загадок. Мичи просчитал свою комбинацию на три года вперед. Это долгий срок, тщательное планирование.

— Но предположить ты можешь?

— Безусловно.

— Попробуй.

— Ты должна понять одну вещь, Наоки. Федеративные Территории сумели развить приличную медицину. Москва отказалась от углеводородов, что было непросто. Зато продвинулись биотехнологии. Местные хирурги стажируются на европейских архипелагах. Денег у Мичи хватало, но случай безнадежный. Глебу не помочь.

— Мичи так не считал, — возразила Наоки.

— Верно. Я тут пораскинул мозгами и пришел к выводу, что существует не так уж много артефактов, способных вывести из комы семилетнего ребенка. Точнее — всего один.

— И?

— Перо Феникса.

Наоки выдохнула.

Ладно, если существуют оборотни, маги, ангелы и демоны, так почему бы в эту компашку не включить и Фениксов? Терять уже нечего, реал слетает с катушек.

— Версия не подкреплена фактами, — добавил Тейн, глядя на табло. Высветилось название следующей станции: «Академгородок». — И всё же, я полагаю, Мичи собирался добыть именно перо.

— Что в нем такого?

Вагон начал замедляться.

Тейн жестом показал, что им пора на выход.

— Перо Феникса простому смертному не добыть — это артефакт из Нижних Сфер. Глубинные уровни ада, я бы сказал. Если, конечно, ад существует в привычном понимании. Человек даже в руки перо не возьмет без соответствующей магической подготовки.

— Так для чего оно?

— Говорят, что перо указывает путь душам, заблудившимся втрещинах мира . Позволяет вернуться в собственное тело. Профессиональные сноходцы мать родную за эту штуку продадут.

Наоки сидела у окна. Дождавшись, когда ведун выберется в проход, она выдвинула из-под кресла баул и подала Тейну. Взвалила на плечи рюкзак и щелкнула поясной пряжкой, фиксируя поклажу. Пробралась вслед за спутником.

Трещины мира.

Еще один неизвестный термин.

Станция «Академгородок» была как две капли воды похожа на «Морской порт». Чтобы спуститься вниз, нужно было выходить направо по вектору следования капсулы. Вот для чего предназначалась вторая платформа.

На улице по-прежнему светило солнце.

Перед Наоки раскинулась вершина сопки, застроенная медицинскими центрами, исследовательскими лабораториями, университетскими кластерами и общежитиями персонала. Все здания — приземистые, уступчатые, снабженные большим количеством террас, крытых галерей и непонятных пристроек. Всюду — искусственные пруды, гравийные и плиточные дорожки, заасфальтированные подъездные аллеи. Чаши фонтанов, ныне бездействующих.