Хилков же был готов выделить Оболенскому до пятнадцати человек из собственной стражи, но он желал лично побеседовать с Оболенскими насчёт условий предоставления помощи.

Вечером я связался с Петром Петровичем, чтобы сообщить новости.

— Я сделал, что вы просили, — сказал я. — Мы можем получить поддержку из Ярославля. Но для начала придётся обсудить детали.

— Алексей, ситуация изменилась, — ответил Оболенский. — Мы будем решать проблему законным путём. Но я всё равно благодарен вам за отклик. Может быть, однажды нам снова придётся обратиться за помощью к нашим друзьям из других городов, но не сейчас.

— Рад, что вы нашли способ решить данную проблему бескровно, — сказал я, хоть меня и охватило разочарование.

Пётр Петрович не пожелал ввязываться в драку, решил действовать через суд. Так он и лицо не терял, и кровопролития избегал. Вот только удастся ли ему призвать Шереметевых к ответу? Даже если суд вынесет решение в его пользу, я сомневался, что Святослав согласится выплатить компенсацию. Кто заставит, спрашивается?

Что мне было делать? Один я не мог ничего предпринять. Стражи у меня не было, да и сил в себе пока не чувствовал, чтобы бросить вызов Святославу. Оставалось тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться, чтобы в короткие сроки максимально поднять свой уровень владения магией.

Параллельно я собирался развивать дело в Ярославле. На неделе дал Лизе указание открыть там кофейню, как только получим деньги с выкупа пленных: вначале одну, чтобы посмотреть, как пойдёт, и если всё будет хорошо — можно ещё пару штук.

В четверг Комаровский сообщил, что ректор вызывает меня к себе. По какому поводу, надзиратель не сказал, но я и так понял.

Пришёл в назначенное время. Константин Вяземский сидел за столом, откинувшись на спинку кресла и сложив руки на своём круглом пузе. Мне тоже предложил сесть.

— Мы провели небольшое расследование и выяснили, кто на вас напал. Все лица установлены, виновники наказаны. Теперь могу и вас уведомить.

— Рад, что выяснили, ваше сиятельство, — я устроился на стуле и приготовился слушать.

— В общем, организатором нападения оказался… как бы вы думали кто? Сергей Юсупов.

— Юсупов? — я очень удивился, снова услышав эту фамилию. Мне казалось, что после нашей последней встречи, он выбросил из головы всю дурь, но на деле же, наоборот, продолжил вынашивать план мести. — Если честно, я удивлён.

— Вы взяли в плен его брата — Дмитрия Юсупова, подпоручика шестого пехотного полка Московского гарнизона. Он оказался упёртым молодым человеком. Но после того, как командующий гарнизоном связался со мной, Дмитрий Юсупов рассказал всё. Сергей пожаловался брату, что его якобы обижают, и тот с тремя своими сослуживцами решил вас проучить. Остальные оказались нашими студентами. Трое — обычные ребята из приютов, которых «нанял» господин Юсупов, один — ваш старый знакомый Евгений Огинский.