Аркан альвы закончили, когда батарея хомо дала четвертый залп. Воздух загустел, и центр лагеря накрыла похожая на мутное, серебристо белое стекло пленка купола. Бомбы хомо бессильно ударили в неё и взорвались, не нанеся урона… тем, кто находился внутри. Та часть лагеря, что оказалась без защиты, получила свою долю огня и осколков.

Незначительная деталь, что купол закрыл только центр, старого ликана не удивила. Альвы — те еще лицемеры. Они могут сколько угодно долго называть ликанов и варгаров своими любимыми учениками, но по настоящему заботятся только о себе. Остальных же просто используют и контролируют, оплетая лживыми сказками о вечной дружбе. Но если положить на чашу весов жизнь ста ликанов и одного альва, то у любого из них перевесит та единственная жизнь.

Нет, всевождь не жаловался. Принимал мир таким, каков он есть: лицемерный, жестокий, понимающий только силу. И платил Великому лесу тем же. Склонил голову, безропотно давал воинов и ждал. Да и альвы, при всем их высокомерии, все же враг его врага. А слова «пока что», лучше не произносить. Приберечь для будущего, когда настанет время собирать долги прошлого.

Ведомые Неистовым боевые стаи ринулись в решительную атаку.

Далекий холм плюнулся им на встречу огнем и дымом, словно проснувшийся вулкан. К грохоту орудий присоединился сухой треск ружей.

Всевождь прикрыл глаза, не желая видеть, как гибнут его воины. Смерть — закономерный итог любого пути, а смерть в бою — почет для воина. Но все же, это его вина. Плата, которую они должны заплатить, чтобы альвы ничего не заподозрили. Щедрая, кровавая плата, за которую он рано или поздно стребует с высокомерных хозяев Великого леса. А если не он, так его потомки. Это предопределено, словно восход солнца. А пока что придется платить.

Сейчас! — мысленно взвыл всевождь. Не то чтобы воины могли его услышать, но Неистовый отлично чувствовал бой. Знал, что еще немного и стаи окончательно впадут в боевую ярость и перестанут подчиняться приказам.

И сын его не подвел, когда прозвучал очередной залп, боевые стаи обратились в паническое бегство. Да так естественно, что всевождь и сам чуть было в это не поверил.

* * *

— Они бегут! — Бахала захватило радостное воодушевление.

Не только он, но и другие не верили своим глазам. Ликаны бежали. Драпали, сверкая хвостами! И это позволило нашим магам не отвлекаться от уничтожения боевых химер, которые наравне с магами альвов представляли реальную угрозу для успеха прорыва сил третьего принца.

Огонька добавили и артиллеристы. Вновь сменив картечь на бомбы, они перенаправили орудия и обрушили губительный огонь на химер.