Хенсон тщательно подобрал состав этой партии. Сиглу и братья Ута и Эгингва были ветеранами предыдущей экспедиции, и Хенсон доверял их опыту и хладнокровию. Молодой Укеа шел с Пири впервые, но, как и остальные, был искусным каюром, по словам Хенсона, «лучшим в племени». А Хенсон прекрасно разбирался в этих вопросах. Он изучил язык эскимосов, получил местное имя Марипалук и завел от одной инуитки сына по имени Акатингва. Он даже сам делал нарты по эскимосскому образцу.

1 апреля шесть мужчин выступили к полюсу. «Это был День дурака, – вспоминал Хенсон, – но такое совпадение нас не беспокоило». Несколько дней они пробирались на север по льду, перелезая через торосы, образовавшиеся при столкновении двух ледяных плит, или прорубая в них проход. Они преодолевали полыньи, превращая льдины в импровизированные «паромы» и используя для гребли свои снегоступы. Лед лежал перед ними не гладким, но безжизненным и монотонным полотном. Солнце не уходило с неба, однако его постоянное присутствие не приносило комфорта. Как отметил Хенсон, «в его лучах не было тепла». Ночь и день не различались, превратившись лишь в отметки на часах. Можно было отдохнуть, однако укрыться от ослепительной белизны не получалось, также не было возможности посидеть у костра – огонь не разводили вовсе. Это сводило с ума. Но ужаснее всего был ветер – вездесущий, дующий без остановки. Казалось, только он не терял своей силы, швырял снежную крупу в лица путников при температурах от –26 до –50 градусов Цельсия, обмораживая и сдирая кожу, пока она не слезала, «как сырое мясо». «По ночам» полярники строили иглу, ели пеммикан[61] , пили чай с печеньем и сразу ложились спать, просыпаясь от холода каждые несколько часов; выдыхаемый ими пар замерзал и оседал на них маленькими снежинками.

Утро 7 апреля оказалось ясным и холодным – 36 градусов ниже нуля. Путешественники считали, что находятся близко к полюсу, и «на всех лицах читалось ожидание» измерений Пири, которые он должен был сделать в полдень, – чтобы узнать, «достигли ли мы наконец цели». Пока Пири вычислял их местоположение, Хенсон, Ута и Укеа отправились на разведку. Расчеты Пири оказались противоречивыми: путешественники либо находятся близко к полюсу, либо уже миновали его. Хенсон, Ута и Укеа вернулись к наиболее вероятной точке расположения полюса. Здесь Хенсон «увидел, что первыми были мои следы». Они поспешили обратно в лагерь, чтобы сообщить Пири, что они добились успеха. Хенсон, Ута и Укеа достигли Северного полюса.

«Не было никакого бурного всплеска эмоций, – вспоминал Хенсон, – температура в 50 градусов ниже нуля[62] довольно близка к точке замерзания чувств». Полярники установили американский флаг, а Пири сфотографировал Хенсона и четверых инуитов. Затем Хенсон предложил прокричать троекратное «ура» на языке эскимосов. Они «прыгали вокруг и восклицали: “Тинг ней тима кетишер!”, что означает: “Наконец-то мы здесь!”». Хотя в сообщениях о триумфе экспедиции Пири имена эскимосов почти не будут упоминаться, инуиты-исследователи прекрасно понимали величие своего достижения. Понимал его и Хенсон. «Стоя там, на вершине мира, и думая о сотнях людей, которые отдали свои жизни, пытаясь добраться до нее, я испытывал глубокую благодарность за то, что мне… выпала честь представлять свою расу в этом историческом достижении». На вершине мира объединились народы Африки, Европы и Америки.