— Так я говорю, у общинного дома мы собрались. А у нас в нем энто, небольшой арсенал. Всё чин по чину, с разрешением от дома Готмал, — торопливо оправдался он, словно признался в чём-то незаконном или постыдном. — Охранители они тама где-то, а мы, значится, тута. Если нападут, то из города помощь никак не успеет.

И не поспоришь. Эта ночь тому прямое доказательство. Правда непонятно, зачем кому-то нападать на обычный шахтерский поселок.

— А всё название наше, будь оно неладно! — с досады сплюнул староста, как-то угадав мои мысли. — Хоть табличку на въезде вешай, что нету в Золотом никакого золота.

— С такой табличкой нападений станет только больше, — заметил я.

— И то верно! — согласился староста. — И так каждый лиходей, что в наших краях оказывается, норовит «золотишком поживиться». Пять лет назад цельная банда напала. Еле отбились. Шестерых схоронили. А банду потом охранители да дружина маркграфа долго по горам ловила. Вот Его Сиятельство и разрешил нам отряд ополчения организовать. Да часть оружия из собственных запасов выделил. И когда эти напали, да крайние дома жечь начали, мужики быстро ружья похватали, да встретили супостата. У нас ведь и охотников полно, и из отставных латников люди имеются. Одного ликана, что первым к общинному дому сунулся, так изрешетили, что он едва уполз. Да и то должно быть издох. Но тут магичка эта заявилась. А против магии с ружьями не повоюешь, вот мы и бежали под землю. А там и вы подоспели, — бесхитростно закончил он и вновь тяжело вздохнул: — Похоже всё, конец Золотому.

— Маркграф Готмал достоиный человек, — не согласился я. — Поможет вам отстроиться.

Старик посмотрел на меня мудрым, всезнающим взглядом и невесело улыбнулся.

— Помочь то он поможет, да смысла в этом нет. Кормилица наша давно истощилась. Крохи руды от былого добываем. Молодежь все больше в Горане стремится устроиться. Оно и понятно — работы-то на всех не хватает. Теперь ещё и хворь эта непонятная, но явно альвская. Нападение. Побежит народ за лучшей долей. Сложно их в этом винить.

— Скажите, почтенный, а вы не думали о переезде в Вольную марку? — внезапно предложил я. Если леди Удача отказав в одном, внезапно делает тебе столь щедрые намеки в другом, то глупо не воспользоваться предложением. — Сто ктан подъемных на человека и жильё за мой счёт, — искушающее добавил я. — Карантин под присмотром и защитой отсидите, с болезнью справитесь, и я найду, где вас устроить и применить. Работы в Вольной марке много. И платят хорошо.

А как перевозить всю эту толпу в Вольную марку, не разнеся по дороге чуму по всей империи, об этом я успею подумать завтра.