— Мои фольхи сказали свое слово, а я принял решение… так просто ты не отделаешься, — выдержав очередную паузу, проворчал он.
Но злости или злобы я в его голосе не почувствовал. Скорее предвкушение и толика злорадства, да и то не к моей скромной персоне.
— У высших фольхов есть одно старое, даже древнее право, в случае не согласия с решением фольхстага и императора они могут потребовать ритуал восстановления чести, — продолжил Суман Второй. — Последний раз это право применялось… не помню. Лет двести тому назад. Может быть триста. Но мои домашние крючкотворы пошуровали по архивам и законодательным актом — оно всё еще считается действующим. Одно из тех прав, которым так редко пользуются, что про него забыли.
— Предлагаете мне поспособствовать восстановлению древних фольхских традиций? — сразу понял я.
— Предлагаю, — кивнул император и предвкушающе улыбнулся.
— Альтернатива?
— Титула маркграфа я тебя лишить не могу, раз фольхстаг против, — честно признал Суман Второй. — Но в моей власти пожизненно сплавить тебя подальше от империи. Куда-нибудь в самую забытую и ненужную колонию… которую не так жалко.
Понятно, кнут и пряник. Или в нашем случае два кнута. Один побольше, а другой чуть поменьше. Но всё равно будет больно.
С учётом того, прошлого-будущего, я бы не посчитал ссылку в колонии таким уж страшным наказанием. Но откуда Суману Второму об этом знать? Да и Вольной маркой управлять станет проблематично. Через океан телеграфную линию не протянешь. Титул останется, а власти не будет. И к чему это приведет, знают только боги.
— Пожалуй, я всё же соглашусь посодействовать восстановлению фольхских традиций, — взвесив все «за» и «против», согласился я. Хоть и покупаю, кота в мешке, но это лучше, чем колонии. — Что от меня требуется?
— О-о-о, — излишне весело протянул император, сразу заставив меня слегка пожалеть о сделанном выборе, — ничего сложного. Тебе придётся всего лишь совершить настоящий подвиг… А заодно, немного пощупать наших островных друзей за мягкое место.
Я почувствовал, как мои брови от удивления непроизвольно ползут на лоб. Неужели империя наконец-то решилась на ответ? Лучше поздно, чем никогда. Сомневаюсь, что меня бросят в одиночку атаковать острова Великогартии. Значит, тут что-то другое.
— Дхивал? — внезапно понял я.
— Дхивал, — подтвердил император, а его улыбка внезапно превратилась в неприкрытую кровожадную гримасу. — Пора напомнить Великогартии, что все чувства хороши, когда они взаимны.
Эпилог
Изучив очередной доклад, Абхор Маар решительно поднялся из-за рабочего стола.