То ли всему виной тот факт, что я и прежде довольно часто пилотировал именно «Черных драконов». То ли в принципе факт, что я второй раз проживаю свою жизнь, но былые навыки управления рыцарем вернулись практически полностью.

Первоначально присутствовала легкая заторможенность и вялость. Да и сил уходило куда больше, чем в оруженосце. А теперь синхронизация с машиной явно подскочила до того уровня, что у меня был в прошлом-будущем.

Если дело так и дальше пойдёт, то я ещё до начала войны могу замахнуться на паладина.

Один из самых молодых паладинов в истории империи, если не самый молодой! Разве это плохо звучит? Все злопыхатели на тему «из грязи да сразу в маркграфы» если и не заткнутся полностью, то поубавят свой ядовитый пыл.

Паладин, конечно не архимаг, и даже не архимагистр. Но где-то рядом. Если не по силе, то по редкости и статусу.

Забег до Степного Стража прошел гладко. Что с моей удачей влипать в приключения можно считать событием невероятным, близким к фантастическому. Признаться, я подсознательно ждал нападения, засады, налёта дирижабля. Понятно, что глупо это. Отыскать в пустошах одинокого рыцаря не так-то просто. Тем более возвращался я не тем же маршрутом, а сделал небольшой крюк. Но должно же было хоть что-то приключиться! Небольшая поломка, отбившаяся от стаи и оголодавшая до безумия виверна или стая падальщиков.

Отсутствие каких либо неприятностей на моём пути — вызов фундаментальным положениям мироздания!

Окна в здании биржи были темными, как и прилегающие улицы. Ночные фонари — это забава не для Степного Стража.

— Стой, кто идёт! — настиг меня строгий возглас из темноты.

Стоявший у входа городской стражник незаметно (как он думал) пнул дремавшего прямо на ступенях биржи напарника. А тот, быстро сообразив, причину внезапной побудки, бодро вскочил и встал на караул рядом с товарищем.

Ловко они. Даже наказывать не хочется, хоть и надо бы.

— Не идёт, а едет, — устало отозвался я, поднимаясь по ступенькам. — А вернее, приехал.

— Ваше Сиятельство?

— Оно самое. Дежурный телеграфист на месте?

— А где ему ещё быть? — отозвался первый стражник, но вспомнил, с кем разговаривает, и бодро рявкнул: — Так точно! На месте, Ваше Сиятельство!

— Да тише ты, — остановил я его порыв. — Половину столицы мне разбудишь.

На телеграфной станции царила всё та же тишина и темнота, слегка разбавленная светом двух ночных фонарей.

Дежурный телеграфист находился на своем месте, но самым наглым образом спал прямо на полу. Да ещё и устроился весьма неплохо, прихватив из дома не только подушку, но и толстое одеяло.