Вздрогнув всем телом, косуля подскочила, развернулась, и тут же поспешила рвануть в сторону, подальше от опасного места.

Длинные когти Неистового царапнули кору, оставляя на стволе глубокие, похожие на рану следы. Убегает — догони! Ему стоило огромных трудов сдержать охотничьи инстинкты, требовавшие немедленно броситься в погоню и разорвать добычу.

Хомо всё ещё слишком близко — не стоит шуметь. Или наоборот — стоит? Ему претила роль простого наблюдателя. Хотелось вызова, охотничьего или воинского азарта. Если бы не приказ слушаться видящую, он бы с удовольствием разделался хомо. Несмотря на все их ружья, они ничто по сравнению с настоящим воином! Та же добыча, что и улизнувшая косуля, только чуть глупее.

Еще раз прислушавшись, он ловко прошел по ветке и спрыгнул вниз. Запах хомо и косули все еще тревожил обоняние, заставляя рот непроизвольно наполняться слюной. Страстно хотелось забыться, устроив охоту на достойную добычу. Испытать азарт борьбы и восторг победы.

Но нельзя! Нельзя!

Еще раз жадно втянув манящие запахи, Неистовый бесшумно растворился в лесной чаще.

Небольшой лагерь был надежно укрыт на местности и замаскирован, а магия видящей делала его обнаружение хомо практически невозможным. Разве что, они наткнутся прямо на него. О чем тут же пожалеют, ведь помимо видящей, в лагере находились и другие обитатели.

Из восьми варгаров, сопровождавших Та’Энди, два всегда находились при ней. Да и всевождь позволил Неистовому взять с собой трёх лучших воинов. Более чем достаточно для этих не особо населенных мест, пусть и в глубине владений людей.

Зачем они торчат в этом лесу, так далеко на юге, Неистовый не понимал. Для открытия даже небольшого портала на такое расстояние потребовалось перебить сотни пленников. А их число в последнее время и так невелико.

Но это странная видящая вновь заявилась в шатер всевождя и настояла на своем, решив проверить, как островные хомо испытывают свою новую игрушку. Испытывают, не понимая, какую страшную силу они держат в своих руках.

Им же хуже…

Неистовый тихо, презрительно рыкнул. Островные хомо — слабаки. Они даже хуже имперских рыцарей. Те хоть и трусливо прячутся за броней своих машин и предпочитают бить издалека рунными глефами, но всё же могут считаться воинами. А задумка островных хомо слишком мерзкая по своей природе. Но чего еще ждать от бесчестных хомо? Разве что очередной подлости? Если они, не задумываясь о последствиях, готовы насылать гибельные эпидемии на своих недавних родичей, то как они поступят с чужаками?

Если подобное оружие окажется эффективным, то островные хомо обязательно захотят применить что-то подобное, но уже против его народа. В этом Неистовый не сомневался.