Кондрат Петрович встретил Сергея как старого знакомого. Усадил за стол и налил чаю. Кудрявцев уже традиционно выложил рацию на стол, настроил канал связи, чтобы я мог слышать разговор.

— Судя по всему, эшелон отменили, — вздохнул Самсонов, присаживаясь на табурет. — Оно и понятно. Чего бомбы сюда везти, коль вы все самолёты пожгли? Небось, теперь их в другое место отправят, где авиация цела.

— И то верно, — согласился мой напарник, отхлебнув из стакана. — А что слышно про карателей?

— Да ходят кой-какие слухи, — понизил голос подпольщик. — Говорят, какие-то самолёты целую роту уничтожили. Причём так, что почти никого не осталось в живых. И кстати, тот жилец, что у моей знакомой квартировал, так и вовсе не вернулся. Вроде говорят, сгорел в кузове грузовой машины.

— Бывает…

Самсонов помолчал, поглаживая бороду, а потом кашлянул и осторожно спросил:

— Как я понимаю, это ваших рук дело?

— А у вас есть сомнения?

— Сомнений нет. Вопросы только. И их всё больше и больше…

— С этим мы вам вряд ли поможем, — мягко ответил Сергей. — На вопросы отвечать — это не наш конёк. Главное, что результат есть.

— Понимаю, — протянул Кондрат Петрович и вдруг поднялся, протягивая руку. — Тем не менее, хочу вас от души поблагодарить. Большое дело вы сделали — многих от смерти ужасной спасли. И стариков, и детей. Это на всю жизнь запомнится.

Он крепко пожал руку Кудрявцеву, потом повернулся к рации и сказал:

— И тебе спасибо, Николай. Хоть я тебя и не видел никогда, но понимаю, что ты тоже хороший человек и прирождённый боец!

— Пожалуйста, Кондрат Петрович, — ответил я через динамик. — Мы делаем своё дело. И хочу вас тоже поблагодарить, за вовремя переданную информацию. Без вас, мы бы не смогли предотвратить ту трагедию.

Самсонов снова сел, помолчал, а потом спросил:

— Так это, и что дальше?

Напарник промолчал, и я взял слово:

— Дальше нам с вами решать. Часть карателей мы разгромили, но ничего в глобальном смысле не изменилось. Идёт война, а значит, как мы и говорили раньше, нам нужны серьёзные цели.

— Да-да, я помню, — закивал подпольщик. — Вы говорили, что эти цели должны быть либо в Согравске, либо где-то рядом.

— Не совсем так, — поправил я. — С последней нашей встречи наши возможности существенно увеличились. Так что теперь цели можно и нужно искать на дальности семьдесят-восемьдесят километров от города.

Старик ошеломлённо задышал. И я увидел в монитор, что его глаза расширились.

— Вас что-то беспокоит? — поинтересовался Кудрявцев.

— Э-э, да нет, — запыхтел тот, вытирая вспотевший лоб рукавом. — Просто… я это… растерялся кхем… немного. Э-э, простите, а у вас что, теперь миномёт ещё дальше бить может?