— Потому что мы его подозреваем в связях с немцами, — выпалил он. — Есть основания полагать, что он предатель.
Глава 9 Странности
Последнее заявление нас с Сергеем изрядно удивило.
И он уточнил:
— Кого вы имеете в виду под — «мы»?
Пленник на секунду замялся, дёрнул головой, но потом, видимо, решив, что отвечать надо, нехотя выдавил из себя:
— Центр. Там решили, что именно Самсонов, тот кто сдал всех.
Тут в разговор встрял я, чувствуя, что в словах допрашиваемого есть существенная логическая нестыковка.
— Стоп-машина! Что-то я не въезжаю. А почему это вы нам тут рассказываете всё как на духу? — Я вновь специально подчеркнул это «вы». — Почему не скрываете, не врете, а вот так в лоб говорите всё и обо всех? Без всяких пыток, рассказали о своём задании, и даже Центр упомянули. С чего такая откровенность?
Мужик посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, которая показалась неуместной в его положении, и спокойно ответил:
— Потому что я приехал, в том числе и всё о вас узнать.
— О ком это — «о нас»? — попытался я сыграть непонимание, но, кажется, получилось не очень убедительно.
Было видно, что визави так просто провести не получится. Он был старше, опытнее и, судя по всему, тоже не лыком шит.
— Вы ведь те самые миномётчики? — спросил он прямо, глядя мне в глаза.
— Что значит — те? — продолжил я играть.
— Те, что громят немцев вблизи Согравска. Не отпирайтесь, — в его голосе звучала уверенность. — Я убежден, что это так на все сто.
— Гм, — только и нашёлся я, а потом безразличным тоном добавил: — Ну, допустим. И что с того?
— А то, что вами интересуется Центр, — торжествующе произнёс пленник. — Как я уже сказал ранее, именно по его заданию я тут. Я должен был выяснить, что за отряд действует в этих лесах, кто им командует и откуда у вас такое оружие. И теперь, когда мы встретились, пусть и при таких обстоятельствах, — я не вижу смысла лгать. Мы можем быть друг другу полезны.
— Гм, — снова протянул я, переваривая информацию. — Значит, вашему начальству интересны мы и Кондрат. Вы его, кстати, ликвидировать хотели? Если да, то это зря. Мы с ним работаем, и он нам очень помогает. Так что он в провале не виновен.
— А я убеждён что, виновен, — упрямо возразил пленник.
— И с чего такая уверенность?
— А с того, что я сам видел, как к нему немецкий солдат заходил и о чём-то с ним разговаривал. Незадолго до того, как вы меня схватили. Минут за двадцать-тридцать.
— Не может быть! — я нахмурился и потребовал: — Расскажите подробнее!
— Я уже собирался уходить, думал, ничего интересного сегодня не будет, и тут вдруг из леса выходит немец. В форме, при оружии. Подходит к будке, стучит. Стрелочник открывает, тот заходит. Минут через пять выходит и уходит обратно в лес. А потом меня по голове вы чем-то шандарахнули.