У воительницы появляется в глазах грустное выражение.

— Да, Шакиров — Грандмастер песка, но его техника защиты приближена к рангу Магистра. Потому он оборзел вконец, Миша. Чувствует, что никто его не одолеет.

— Хм, а защита — это песочный купол? — я задумываюсь, припоминая техники Магистров песка, что приходилось видеть за свою долгую авантюрную жизнь. — Или вереница плотных щитов? Или каскад песка?

— Купол, — отвечает девушка, немного удивленная моей эрудицией. — Точнее даже кокон с сотней отростков. Любимая тактика Шакирова — наступать под песочной сферой и давить-давить противника.

— Ах, вот как, — мне сразу становится скучно. Я-то ожидал что-то новенькое и интересное. Зря-зря, Красный Медведь. Нынешние маги ни чета моим современникам. — Примитивная тактика, но против несведущих очень даже рабочая.

— Несведущих? Это я-то? — хлопается глазами Катя. — Миша, ты что, хочешь меня обидеть?

— Какие забавные глупости, Кать, — я усмехаюсь на девичью чувствительность. Зачем мне кого-то обижать? Если мне кто-то не нравится, я его просто убиваю. — Техника Шакирова — это разновидность Солончакового покрова. Очень уязвимая защита, достаточно просто ее перегреть, и она сама разлетится.

— Перегреть? Миша, это тебе не компьютер.

— А в чем разница? — пожимаю плечами. — О биомиметике слышала? Тот же принцип.

Ее взгляд напоминает заблудившуюся в лесу овечку. Ох, детка, ты вроде не блондинка, а всё туда же. Ладно, лекцию о принципе подобия я как-нибудь в другой раз проведу.

— Не парься. — В моей руке появляется веер из семи карт, преобразованных духовной энергией. — Вот бери. Надеюсь, ты освоила напитку магией?

С обиженным лицом брюнетка принимает артефактный подарок. Пробует ногтем картон — твердый и острый как алмазные грани.

— Конечно! Я же Грандмастер, ты меня уж совсем за дуру не принимай.

— За дуру? Нет, дорогая, для меня ты сногсшибательная блондинка.

— Но я же черненькая, — хмурится она, чувствуя подвох в словах.

— И такое тоже бывает, — покладисто соглашаюсь. — В общем, напитываешь Даром и пуляешь разом все семь. Купол лопнет. Ну должен.

— Мм, я попробую. Даже спрашивать не буду, откуда ты всё это знаешь. Просто попробую, — она убирает карты в карман мундира и грустно спрашивает: — А ты сейчас куда?

— Как куда? На арену, — улыбаюсь. — Там же есть зрительские места?

— Конечно! — она поворачивается к асессору. — Вы пойдете записывать поединок? Возьмете Михаила Федоровича с собой?

Спокойный мужик степенно кивает, и воительница, махнув мне на прощание, удаляется. Мы с асессором тоже вскоре покидаем кабинет. Скоростной лифт поднимает нас на шестнадцатый этаж, а там мы уже проходим в зал средней величины. Посредине бетонная прямоугольная площадка, огороженная бронированным стеклом. Зрительских мест по минимуму: всего десять. Причем половина уже занято и как раз тем, кем мне нужно — Трубецким и его окружением из администрации главы.