Глава 9 Царь в клубе
То, что меня в этом мире немного заинтересовало, так это огнестрел. Пули очень быстрые, быстрее меня. Молниеносные свинцовые шарики. Но вот руки, что держат автоматы, зачастую «не тянут». Да и если напрячься, биокинетический импульс даст мне фору.
Вот и сейчас я даю себе ускорение в сторону. Нырок за ближайший куст. А потом еще один до другого, где и засел на секунду, наблюдая как враги переговариваются, пытаясь понять где же кувыркающаяся цель.
Судя по гортанным взрывным согласным, это опять убыхи. Хм-хм. Значит, горцы охотятся не только на Моржовых, но и на меня. Практичного смысла в этом нет. И поэтому напрашивается только один вывод: Воскресенский оказался очень обидчивым. Мстит за заседание Совета. Ну тем ему и хуже. Прорежу ряды его партнеров.
Срываю с ветки листья и, напитав их биозарядами, швыряю в горцев. Почти сразу вспыхивают алые тюльпаны маленьких взрывов под аккомпанемент криков боли. Стреляют вверх фонтанчики крови.
Последние смертники суетятся. Автоматная очередь суматошно разрывает кусты. Я кувыркаюсь глубже за лиственный занавес. Убыхи уже не целятся, а стреляют куда попало. Сумбурный бесприцельный огонь. Ну и пусть. Главное, не в машину с Радмилой. А мне шайка горных псов не страшна.
В свете взрывов главное я рассмотрел. Еще двое мертвы, осталось двое. Маловато Абухаб за мной людей послал. Совсем не уважает русского царя. Ничего я быстро научу его уважению. И страху.
Во время очередного кувырка собираю с земли пару шишек. Ага, пожалел карты. Это как в древности — клинок желательно оголять только против достойного врага, иначе он обидится на хозяина и в решающий момент подведет. Я не суеверный, Шлюху-Судьбу не боюсь, не раз нагибал ее в позу дойной коровы, но карты, правда, жалко на такой мусор.
Быстрая напитка зарядами и точные броски. Как и горцы, я почти не целюсь. Зачем терять драгоценные секунды в дыму боя? Но вот только у меня есть чутье. Я безошибочно определяю где враги.
Парочка взрывов, и стрельба стихает. Выпрямляюсь и выхожу из зарослей. На земле стонет парочка раненых. Выбираю того, у кого больше шансов не помереть от кровопотери. А второму ударом берца без затей разбиваю гортань.
— Радмила, солнышко, — мягко зову в сторону «Чайки». — Вызови, милая, гвардию. Много людей не нужно. Лишь нас забрать.
Тихая возня в машине, а затем и трясущееся лепетание:
— Д-да, господин.
— И сама выходи оттуда. — В бензобак вроде не попали, но незачем ей в духоте париться с мертвым водителем на пару.
Растрепанная блондинка выбирается наружу с телефоном в руках и, стараясь не наступить на трупы и лужи крови, подходит ко мне. Личико бледное, высокая грудь буйно вздымается, но паники в глазах нет.