Практически не нанеся вреда, остатки виверн потянулись следом за драконом, превратившимся просто в темную точку.

На земле осталось валяться не меньше трех десятков изломанных крылатых тел. Один рыцарь и два оруженосца получили незначительные повреждения.

Все прошло не так плохо — потери минимальны, но и не так хорошо — главная цель сумела уйти. И теперь древолюбы точно знают нашу полную численность.

Короткий привал организовали прямо на поле боя, предварительно свалив тела виверн и варгаров в ближайший овраг. Двух погибших оруженосцев похоронили под сухой прощальный залп винтовок. Третий остался жив, но был плох. Привычный для рыцаря набор — ожоги и отравление ихором. Но шансы на выживание есть… если мы сами выживем.

— Обед! — зычно провозгласил Камень. — Обед!

Заслышав этот зов, к нему поспешили уставшие и голодные пилоты, механики и прочая братия, чья очередь пришла. Одной полевой кухни на нашу собранную из наемников солянку было маловато. Общее число машин и пилотов приближалось к сотне. И это я не вспоминаю про внушительный отряд сопровождения. Поэтому первая половина отряда получала горячую пищу на завтрак, а вторая на обед, который по времени больше походил на ужин. Исключение было сделано только для магов и баннеретов копий.

— Пока что все идет хорошо, — заметил Бодвар, хищным взглядом прикидывая по карте, сколько нам осталось до вожделенной цели. — Еще два перехода и мы у принца.

Я поморщился, а протянувший мне миску с кашей Бахал заметно вздрогнул, едва не оставив меня без обеда.

— Что? — не понял Бодвар. Все же, несмотря на обширный багаж военных знаний, в среде наемников и офицеров императорской армии он бывал нечасто. Поэтому не знает некоторых вещей.

— Говорить, что все «идет хорошо» — плохая примета, — пояснил я, избавив Бахала от своей тарелки. В моих руках она целее будет.

— А как надо? — заинтересовался Бодвар, приняв свою миску с кашей от ласса Сидмана, который взял на себя обязанности его ординарца.

— Нормально, терпимо, приемлемо, — терпеливо перечислил я. Признаться, и сам, бывает, оговариваюсь, используя «неправильные» слова.

— По плану? — уточнил генерал-адъютант, не без удовольствия поглощая кашу.

— Нет, еще одно опасное словосочетание!

— Спасибо, — серьезно кивнул он, — буду знать. Что там у нас с планами на завтра?

— За эти дни мы истребили добрую четверть, а то и треть их воздушных сил, — задумался я, прикинув численность перебитых виверн. — А значит, завтра они бросят на нас две оставшиеся трети. И драконов с верховными не забудут. Минимум два дракона, но не больше пяти.