Застыл Отто. Но, мечется. Глазки как забегали. Но, молчит, тварь. Заклинило.
— Ты не молчи, любезный. Облегчи душу. А то скоро от Ушакова мастер придёт, — он языки развязывать умеет, вот и дыба есть на месте…
Отто присев слегка, оглядывается. Крестится. Кажется, созрел фрукт.
Падает. На колени. Сука! Его так труднее достать. Верстак мешает. Встаю.
— Всё скажу! Попутал бес! Не губи, батюшка! — скулит старик.
Я на чеку, но вижу, что осел.
— Всё скажу! Только не говори Государыне-Матушке!
Понял гад, чем приход мастера из Тайной канцелярии грозит. Но, глаза уже не бегают.
— Анучин! — кричу, не отводя от своего гофмаршала глаз, — ты здесь?
— Здесь, Ваше Императорское Высочество! — кричит Иван.
— Подержи пока этого борова под прицелом!
— Держу уже, Цесаревич! — орет не по Уставу Лейб-Ккомпанец, впрочем, этого казуса ни в одном Уставе нет.
— Ну, Отто, пой, — говорю вкрадчиво, — Анучин, конечно, человек Матушки, но, немецкого не понимает. А я понимаю. Так что приступай.
Барон прислоняется к дыбе и начинает «петь». Самозабвенно. Даже, кажется, что исповедуется, во всяком случае душу облегчает. Слушаю, мотаю на ус. Может и прощу Отто. Ну как прощу, заставлю для меня работу особую делать. Так что пусть прохрюкается кабанчик. А я послушаю.
Пока.
* * *
Глава 2 После Императорского Бала * * *
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. ЗИМНИЙ ДВОРЕЦ. 25 мая 1743 года.
Где творятся события в наш просвещённый восемнадцатый век? На фронтах и в высоких кабинетах. А кто формирует общественное мнение? Газет и журналов практически нет даже в Санкт-Петербурге. Никаких соцсетей не существует априори. Тогда кто и что?
Очень просто. От Петербурга и до самых, до окраин, от южных гор до северных морей, повесточка и общественно значимые события происходят на всяких местных светских или купеческих сборищах, где собирается местная элита, общается, выпивает, чинно танцует или пускается в лихой пляс. В провинции, конечно, и труба ниже и дым пожиже.
Но, у нас же сам стольный блестящий Санкт-Петербург! Век-то просвещённый! У нас, может, и собираются купцы в трактирах делать свою негоциацию, но великолепный Императорский Двор — это элита элит Империи. Самые-самые сливки. Поэтому и собираются приличные люди на сходку на всякие праздники и балы, Государыней устраиваемые.
Людей посмотреть, себя показать, узнать расклады при Дворе и в столице, что там за границей и на войне, какие виды на цены, поручкаться, раскланяться, потолковать. Императрице напомнить о своём существовании.
Делается это и на таких балах, как сегодня. Особенно на таких.
Роскошный Императорский Бал. Музыка. Разряженные гости по одному или парами, а то и семействами (конечно, только старшие дети, которые представлены ко Двору). Самые родовитые подходят к Государыне, чтобы приветствовать Её Императорское Величество. Кому-то она улыбнётся, кому-то скажет пару слов, а кого-то ограничит сухим прохладным кивком.