— Получается, так, — кивает Николай.

— А почему мне дали фамилию Котов? Палево же.

— Этого я уже не знаю. Может, твой отец надеялся, что Кот-покровитель о тебе позаботится.

— А можно ли как-то доказать моё происхождение? Мало ли рыжих парней подходящего возраста… Вон, у графа Чернобурова есть друг, тоже сирота и тоже рыжий.

— Откуда знаешь? — вдруг хмурится Мережковский. — Ты знаком с Чернобуровым?

Рассказываю, как состоялась моя встреча с Георгием. Николай выслушивает и задумчиво потирает лоб.

— Интересно. Видишь ли, нельзя с уверенностью сказать, что ты и есть тот самый мальчик. След обрывается, известно только, что бастарда отправили в сиротский приют в Сибирь. Может, это был ты. А может, это был тот друг Чернобурова…

— Да с хрена ли? — аж обидно стало. — Я вот Котов, а у того как фамилия?

— Понятия не имею. Но знаешь, Ярослав… Если бы я хотел кого-то спрятать как следует, то с удовольствием оставил бы ложный след. Подставного мальчишку, которым, если что, не жалко пожертвовать.

— Логично, в целом, — нехотя соглашаюсь. — Но как тогда объяснить мою связь с Котом?

— А ты с ним виделся?

— Дважды.

— Серьёзный аргумент в твою пользу, — соглашается Николай. — К тому же с тем юношей я не знаком, а вот тебе доверяю. Кстати, спасибо, что не согласился помочь Алине сбежать.

— Пожалуйста, — барабаню пальцами по столу и говорю: — Дайте угадаю, что вы хотите сделать. Доказать моё происхождение — раз. Помочь получить титул графа — два. Принять вас в род — три.

— Именно в такой последовательности, — улыбается губернатор. — Связь с Котом-покровителем действительно о многом говорит. Он ничего не рассказывал о твоём происхождении?

— Нет. Когда я спросил, тот сказал что-то в духе «мне некогда следить за вами, людишки».

— Да, у него много последователей как среди знати, так и в простонародье, — произносит Николай. — Но, прошу тебя, попробуй выяснить. Его слово могло бы стать решающим.

— Хорошо, попробую.

— Так ты согласен на предложение? — Мережковский твёрдо смотрит мне в глаза. — Я помогу тебе стать графом, Ярослав. А ты взамен назовёшь меня, скажем, своим сводным братом и примешь в семью. Такое вполне допустимо, хоть и редко практикуется.

Недолго подумав, киваю и протягиваю руку:

— Равноценный обмен.

— Полностью согласен, — Николай Павлович крепко пожимает мою ладонь. — Значит, приступаем. Я велю своим людям сделать всё необходимое. Когда придумаем, как заполучить титул без шума и крови, сразу же приступим. Ты, в свою очередь, разузнай подробности о гибели ведуна и поговори с Котом.

— Хорошо. В городе спокойно? Мы со Светой хотели бы вернуться к себе.