Но на моё предложение Ленка покивала, так что встали мы байком к стрелку и стал я ждать. Ну, лениво было через эти дебри переться, если честно. Лес хоть и «нормальный», но звиздец какой густой, с подлеском и вообще.

— А сетью ему что-то сказать там? Он вроде не нечисть, вроде можно? — уточнил я, пока ждали.

— То ли сам блокирует, то ли артефакт. Уже пробовала, — ответила подруга. — Выстрел!

— Угу, — откомментировал я вихляющуюся стрелу, пролетевшую в пятнадцати метрах правее и десятком метров выше нас. — Ты знаешь, Лен, по моему, это всё-таки по нам.

— Похоже, — протянула Зелёнка и захихикала. — Легендарная эльфийская меткость.

— Ну видимо, да, — гыгыкнул и я. — Так, я к нему, ты за байк…

— А с тобой? Интересно!

— Ну ладно, — прикинул я опасность заплечного пребывания и на месте.

Примерно одинаково близко к нулю, так что почему бы нет.

Запрыгнула Зелёнка в корзинку из тросов за спиной, и почелопучил я к «снайперу». Просто дебри действительно были непролазными. Ленка ещё повизгивала восторженно и даже что-там про челопука пищала. Впрочем, она на тросы так и раньше реагировала, припомнил я, доскакивая до места локализации стрелка.

Было это… ну площадка из живых ветвей, прикрытых листвой. Даже вблизи не очень видно — эльфское колдунство над невинной древесиной. Но в небывальщине всё чувствовалось, так что вскарабкался я к «гнезду» и, придержав Ленку, запустил в листву трос. А через секунду и наши с Ленкой головы появились, предавшись офигиванию.

Итак, на этой платформе был ельф. Нетрадиционно-ориентированный. Очень невысокий — гоблинских габаритов примерно. Полтора метра, может чуть больше — точно хрен определишь, потому что остроухого крючило и шатало.

Далее, был он не «пропорционально невысоким», как гоблины и прочие невысокие металюди, бывшие крепко (иногда чрезмерно) сбитыми. А таким же тощим, как эльф вульгарный. Что превращало его, пропорциями, в откровенного карапуза, каким он, судя по морде, лица не являлся. То есть видовое.

И третье «видовое» были ухи. Звиздец, а не ухи! Я думал, у Зелёнки моей большие (и прикольные, но неважно), но ленкины были в половину, ну две трети головы по длине. А у шатающегося карапузного эльфа ухи были… да заячьими, по габаритам! Развесистые, больше башки, одно согнулось пополам, скорбно повиснув, второе торчало вверх под углом, трясясь вместе с уховладельцем.

Одёжка, кстати, тоже была занятной: листья, натуральные зелёные листья, сплетающиеся в этакий комбинезон с откинутым капюшоном. И лиственные лапти, отметил я, слегка приподнявшись.