Может и так, несколько повеселел я, двигая по широченной, мощёной натуральными каменными плитами дороге от шоссе.

Видно, в гнумьем селении Холодное, о котором мне зелёнка щебетала известное, логистика развита. Ну или понты — сама трасса-то раздолбана в хлам, так что мощёный поворот погоды не делает.

А вообще — чёй-то гнумы разошлись, осматривался я. Ленка-то больше по «магоактивности» щебетала, ну и я краем уха слушал, но особо актуального ничего. Всё наглухо перекрыто гнумьим матом, разве что подтвердила количество «живых».

А вот некрофон у гнумья повышен, что, впрочем, при подземном жилье если не норма, то понятно — развеивается он под землёй хреново. Но разберёмся, это — на месте.

— Лен, — прервал я щебетание. — Оглядись.

— А что? — завращала головой зелёнка, оглядывая окрестности. — Леса нет, вырубили, наверное, — констатировала она.

— Если бы только лес, — хмыкнул я. — Я не чувствую нечисти. Вообще. Посмотри на обочины.

— Это… не знаю, первый раз такое вижу.

— И я. И нахрена им разгонять луговиков и прочих?

— Не знаю, — призналась Ленка, озорно улыбнулась. — Интересно?

— Интересно, — улыбнулся я в ответ.

А дело вот в чём. Ну ладно, до ближайших деревьев от дороги — больше километра. В принципе, и на дело пустить могли, и ещё что. И с Лешим договориться или нахер его послать. А он и пошёл — не те объёмы, чтобы задницу рвать, а гнумы — склочники ещё те, и неприятностей лесу могут, при желании, дохрена устроить.

Но дело в том, что щебень на обочинах складывался в здоровенные матерные гномьи конструкции. Вроде бы — рунного типа. По крайней мере, полевиков, луговиков, межевого и прочих — не было. И быть не могло.

Мне, блин, самому Кащею Бессмертному, и то было… ну не дискомфортно. Кашлял я на всякий гнумий мат, я и сам послать могу. Но чувствовалось некое… давление. Отторжение, преодолимое, но всё же.

И нахрена это гномью понадобилось-то? При том, что в округе ни хрена нет «продуктовых» селений. А торговцы морковку гнать за сотни километров вряд ли будут.

То есть, гнумы сидят на своём грибно-свинском подземном пайке. И огородов не городят, хотя это… да нормально и логично. Но нет, разогнали нахрен всё полезную нечисть, да вообще любую.

— Лен, а может быть, у них фобия на нечисть из-за их количества наружу выплеснулась?

— Коллективный психоз? Ну их много, конечно… Не знаю, Кащей, не думаю, — помотала она ушами.

— Тогда не буду голову ломать. Приедем — узнаем.

— Угу.

Поддал я газку, а через несколько минут мы любовались двумя приземистыми башнями, перекрывающими дорогу. И стеной от них, до этакого… фасада готишного, украшающего фасад утёса.