— Хреновенько, — оценил я. — Хотя… Ну, значит греческая борьба, — оскалился я, превращаясь в тросы и выпадая из обмякшей на тормозящем байке кожанки.

И прыгнул на преследователей, незамедлительно принявшихся тросы, которые я, жевать, трепать и пытаться порвать. Безуспешно: атаки были на «чистой» физике, без небывальщины. Так что я методично удавливал паразитов по одному, не особо обращая внимания на остальных.

На рёв удавлемых подтопали остальные, так что, в итоге, передавил я эту пакость через четверть часа где-то, фактически не сходя с места.

Доскакал до ожидающего меня байка, влез в сбрую, довольно оглядел надавленую добычу — неплохо вышло, да. И погнал к гуляй-городу… получив в байк выстрел из магострела, причём явно не ручного!

— Совсем охерели, свинторахи?!! — очень вежливо и спокойно поинтересовался я, выравнивая байк и немного повысив голос.

Свинторахи же и вправду — совсем охерели, потому что вместо положенного «не убивай, дяденька Кащей!» в ответ на мои слова просвистело несколько выстрелов.

— Звиздец вам, — не стал орать я, зигзагами приближаясь к Траку.

Заскочил в аппарель и поскакал к Ленке.

— Видела? — уточнил я.

— Угу, — обеспокоенно ответила зелёнка. — Кащей, ОЧЕНЬ нужна связь.

— Знаю, будем думать, — ответил я. — У меня Лен, ОЧЕНЬ сильное желание расстрелять нахрен этих свинотрахов. Но — мы вместе. Что скажешь?

— Давай я разок стрельну, — помотала лапками гоблинша из турели. — И посмотрим. И у Васи этого имеет смысл уточнить. Расстрелять всегда успеем.

— Давай так, — согласился несколько успокоившийся я.

А то взбесился я от этого выстрела, без шуток. Точнее, именно ведения огня — выстрел-то ладно, в мозг бы стрелков поклевал. А тут явно прибить старались, сволочи такие!

И потопал я в кабину, сопровождаемый вспышкой небывальщины и гудением магострела.

Вася обнаружился на месте, мелко подрагивал, глазки закатив и колёром подозрительно напоминал зелёнку. Я даже думал немного поревновать, но вовремя опомнился: мы вроде как не того, так что и ревновать не этого. Да и вроде колёр половым путём не передаётся, есть у меня такие предположения.

— И какого хрена твои караванные в меня стреляли? — полюбопытствовал я у подрагивающей ельфятины.

— Ой, — доходчиво ответила она, на секунду открыв закаченные глаза и зашаталась.

— Отставить падать в обморок! — возмутился я. — Отвечать чётко и по делу!

— П-п-простите…

— Кхм.

— Испугались Вашего Бессмертия, наверное. Не убива-а-айте-е-е… — задрожал ельфятина.

— Эта… какие у вас все нервные-то, — призадумался я. — Лен, слышала?

— Слышала. Вообще — могли испугаться, Кащей, — рассудительно выдала она. — Видок у тебя… Когда ты в тросах… Ну, впечатляющий, — выкрутилась запинающаяся гоблинша.