Дир, до сих пор молчавший и глядевший в пустоту остановившимся взглядом, вдруг хмыкнул.

— Да, тебе интересно, не так ли?.. А я все-таки добился, чего хотел! Пусть вы меня убьете — но хотя бы одного из вас я с собой забрал!

— Лжешь, — сказал я спокойно. — Если бы ты был готов разменять свою жизнь на мою или Герта, ты бы прикончил нас еще когда мы были детьми, а ты был нашим наставником. Никто бы не успел тебя остановить! Но пришлось бы умирать, а ты, гнида, до последнего рассчитывал выжить. Кирта подставил. Мику убил.

Да, убил — ее тело мы нашли. Бедная девочка. Пострадала исключительно из-за легковерия Герта и моего раздолбайства. Нужно было сильнее вколотить в голову брату, что нельзя, нельзя доверять никому из этой группы! А еще лучше, все же наплевать на их порушенные биографии и местные обычаи, выгнать всех оставшихся с территории поместья — и хоть трава не расти! Да, репутация Школы пострадала бы. И что?

Если Герт выздоровеет, расскажу ему об этом. Покажу, где я виноват. Где он. Ничего не утаю. А если не выздоровеет… не нужно ему в последние дни об этом знать.

— Ты просто погань и трус, — спокойно закончил я. — Сколько за тобой смертей! Кай, Преис, Пиль, ученики, которые ездили с Оном охранять обоз… Твои собственные друзья несколько лет ходили из-за тебя под подозрением — тебе и горя нет.

— Это вы погань! — процедил Дир сквозь стиснутые зубы. — И ты погань, и те, кто тебе служит, погань! Никого не жалко!

Умный, да? И стойкий. Не хочет эмоционально раскачиваться, готовится терпеть боль. Хочет унести свои секреты в могилу. Он еще не знает, что его ждет.

— Мастер Он, — обратился я к Эймину. — Не сочтите за нарушение Пути Дуба, но для этих целей мне придется взять нож.

Говоря так, я снял с пояса ножик — самый обычный, который всегда носил с собой на поясе, рядом с сумкой, в которой у меня лежали огниво и гребешок (рыжие тонкие волосы Лиса имели свойство отчаянно путаться и лохматиться).

— Не сочту, — сказал Он, — хотя обычно мы и для этого используем кулаки.

— Кулаком, боюсь, я его скорее прикончу, а это не входит в мои планы… Пожалуйста, помогите мне отнести его во-он к тем камням, к воде. Там будет проще потом отмываться. И, если хотите, можете после этого нас оставить.

— Нет, — сказал Он, — я, пожалуй, посмотрю.

— Я тоже! — воскликнула Рида.

— И я! — это Эвин.

Я пожал плечами.

— Оставайтесь, кто хочет. Но предупреждаю, зрелище будет то еще.

…В итоге осталась только Рида. Эймин Он сбежал первый — ушел блевать под соседние сосны, да так и не вернулся. Эвин чуть в обморок не упал, Рида его увела, а потом пришла назад. Сама она смотрела, не отводя взгляд, только побледнела. И уши не зажимала. Даже попросила: «А можно, потом я его?»